Иная жизнь? Продолжение

Но все сглаживали те минуты, когда Хозяйка приходила с работы и брала насупленного Ромку на руки – ты мой сладкий, ты мой милый! – и целовала его мордочку, тогда он таял на секунду от безмерного счастья.

- Фу, зачем ты кошака целуешь, – кривился Олег.

А потом… потом уже хозяйка стала все чаще и чаще бывать вечерами дома одна, и иногда сидела, прижав Ромку к себе:

- Ах, Ромочка, мне тяжело сейчас… Что-то у нас не так идет с Олегом… Не любит он меня… Так отдалился… Думаю, у него другая может даже есть – и хозяйка смахивала слезы с прекрасных глаз – ах, зачем я такая дура… Сашка женился уже, счастливо живут… Дура, я дура, надо было не возвращаться к Олегу, раз тогда мы поссорились из-за моего друга…

- Мяяу – пытался утешить хозяйку Ромка.

- Да достала ты меня, истеричка, я ухожу! – Хозяйка и хозяин кричали на друга так, что Ромка от страха забрался под диван.

- Двинутая! Живи и милуйся со своими зверями, чокнутая! Я тебе не Сашка и не кот, чтобы подле тебя сидеть на привязи! Найди себе какого-нибудь рохлю и живи с ним, а мне мозги не трепли!

… Грохот двери, и неприятный мужчина покинул их жизнь.

Ромка вздохнул с облегчением – хозяйку конечно было жалко, когда она плакала в кровати, но уж лучше без такого хозяина.

… Потом пошла череда каких-то мужчин, сначала один, потом второй, после третьего Ромка перестал уже различать их – они появлялись ненадолго, а потом также растворялись в туманной дымке… Одинокими вечерами хозяйка брала себе Ромку на колени и пила вино.

Ромке не нравился этот запах, но еще сильнее ему щемило сердечко от воспоминаний хозяйки про ее друга, который погиб таким молодым…

А потом что-то в Хозяйке изменилось, будто появился новый свет внутри ее - она, спокойная так же сидела с Ромкой на руках, а новая жизнь внутри нее толкалась навстречу ему.

Появился и новый хозяин – Сергей, простой работящий мужик, к Ромке он относился добродушно, и Ромка отвечал ему хорошим отношением.

А Хозяйка становилась все более и более загадочной, и новая жизнь росла и росла в ней, рвалась наружу.

Потом Хозяйка исчезла на несколько дней, а затем приехала со свертком на руках – А это, Ромка, моя доченька, Леночка, - представила она Ромке красного и сморщенного младенца.

Теперь в доме все стало подчинено младенцу и Хозяйке было не до Ромки, она могла лишь иногда машинально повести рукой по его шубке, даже кормил теперь его Сергей.