Псиоп

Официально какой-то хулиган позвонил в полицию, сообщив, что в школе заложена бомба, так что всех учеников отпустили пораньше.

Лишь зайдя в калитку, когда за мной закрылись ворота, я увидел приоткрытый гараж из которого виднелся Джип матери. На долю секунды мне захотелось развернуться и уйти, но поборов себя, я все же сделал шаг вперед. Едва ли этот день может стать еще хуже.

Тихо приоткрыв дверь, стараясь не шуметь, пытаюсь пробраться к лестнице наверх, но голос матери раздался в прихожей:

— Артур! Иди сюда! — требовательно позвала она.

Мне не хотелось идти, но мне пришлось. Не даром же ко мне с утра приставили Вадима, очевидно, что сегодня со мной желали поговорить. Чего я не ожидал, войдя в обеденный зал, что за столом окажется еще и Стасик. Темные волосы, белая рубашка, сдвинутый вниз красный галстук. Станислав Шушкевич, депутат и просто мразь, что ради денег сделает любую гадость.

— Иди сюда, — указала мать на место рядом с собой.

Темные волосы, темный деловой костюм, красивое лицо.

Мария Шушкевич, видная бизнес вумен в нашем городе, правда, все знают, что бизнес принадлежит отчиму, что не мешает ей жить на широкую ногу ни в чем себе не отказывая. Дома она появляется урывками, как, впрочем, и сам Стасик, который по идее сейчас должен быть в Москве.

Ощущая их взгляды, я подошел к матери. Она пару секунд меня разглядывала, после чего потянулась к сумке за платком, которая стояла на столике рядом. Смочив своей слюной краешек, она провела им по моей щеке.

— Это тебя Анастасия поцеловала? — пристально посмотрев мне в глаза, увидев мой кивок: — Ты молодец, я думала ты безнадежен, но похоже я ошибалась.

Ее отец миллиардер, если ты не будешь тупить, как обычно, то тебя ждет блестящее будущее Артурчик…

От ее Артурчика меня передернуло, но я и глазом не моргнул. Шушкевич в этот момент нарезал ножом даже на вид сочный стейк. Он дел это сосредоточено, я бы даже сказал маниакально, словно от этого зависела его жизнь. Нож скрипел по тарелке, но Стасика, казалось, это вообще не смущает.

— Я пойду? — тихо спрашиваю у нее, желая оказаться где угодно, но не здесь.

— Не делай такое грустное личико, — цокнув языком, она указала на стул рядом с собой. — Нам с тобой нужно поговорить…

В этот момент раздался треск посуды. Посмотрев на Стасика, я увидел, что он разрезал пополам тарелку. Моя мать вздохнула, после чего вновь посмотрела на меня:

— Мы со Стасиком пообщались и решили, что тебе нужно набираться опыта.