Риан O`Ши и ящик Горманстонов

— Что мое … психическое состояние, — он передразнил тон профессора Доэрти, — не дает им права проводить испытание. И мне сначала надо успокоиться! Да я спокойней некуда! Что я, этот их сон дурацкий не пройду?! Я все пройду!

— А с глазами у тебя что? — спросила Ди каким-то таким голосом, что мне стало страшно.

Я пригляделся и увидел, что зрачки у Дугала огромные, как будто весь глаз стал черным.

— Ничего. Я просто их зелье дурацкое все равно выпил.

И тут Флай сказал слово, которое я слышал от его папы, когда тот уронил на ногу стремянку.

— Надо папу позвать! — выдохнул я и развернулся, но Ди схватила меня за руку.

— Не успеем. Если он заснет один, то потом никто за ним в сон не войдет. А один он из сна не выйдет! Иначе бы туда с преподами не ходили, понимаешь!

Дугал пошатнулся, и Флай растерянно оглянувшись подпер его плечом. До нас всех доходило то, что уже дошло до Ди. Зелье действовало. Дугал уходил в магический сон, в котором нельзя быть без проводника.

Папа и профессор Доэрти, похоже, вошли в лабиринт с другого входа и заблудились.

Это мы его весь облазили, а они сюда, наверно, только студентами ходили. Стены в лабиринте в два человеческих роста, плотные, все в листьях. И даже если кричать, профессора быстро не придут, потому что все равно им придется искать дорогу.

В общем, я нашел очень много аргументов справляться самим.

— Тогда мы идем с Дугалом, — насколько мог уверенно сказал я. — Только нужно еще зелье, для нас. А папа все поймет и что-нибудь придумает.

— А оно там было, в зале … еще одно, — ответил Дугал, испуганно зевая, — для профессора О`Ши.

Когда мы влетели в зал испытаний, Дугал уже висел на Флае и мне и почти с нами не разговаривал. Наш топот гулко отдавался эхом от стен и потолка. На столике перед кроватью для испытуемого, похожей на пыточный стол средневековья, стояло пять разных зелий. Мы положили Дугала на это деревянное великолепие, привязали Бобби поводком, и я понадеялся, что не придется пробовать все зелья подряд.

Будешь потом ходить с хвостом бобра и зелеными ушами. Если вообще не отравишься насмерть. Но Ди хорошо помнила, как выглядело то самое зелье, и показала нам.

— Надо оставить записку, чтобы папа понял, что мы не хулиганы, просто по-другому никак. А то он расстроится, — сказал я и быстро написал прямо в журнале испытаний, в самом низу.

«Папа, мы поняли, что Дугал немного дурак и выпил, поэтому мы за ним в сон.

Прости, что не сказали, надо быстро.