Монстры под лестницей

Мама рассказывала, что у каждого дома есть душа, и она скрывается в деталях. Кормушку якобы сколотили мы с отцом, ловца она сплела сама, а гнома подарили еще ее матери — как охранника от злых духов. В последнее мне верилось хуже всего: этот гном был похож на тролля, за давностью лет он обзавелся шрамами-трещинами, а изначальный природно-фабричный его вид был больше рассчитан на отпугивание скорее живых, чем мертвых. Но Кэр, по непонятным для меня причинам, любила этого страшилу нежно (и порою даже больше меня) и вот теперь наконец-то могла поставить на почетное место у тропы в дом.

— Прости, ну так что ищешь-то?

— Птицу, — нехотя ответил я и продолжил осматривать траву возле дома.

— Птицы, дружок, большей частью предпочитают небо, а в траве можно найти лишь самых гордых из них — ежей!

Кэр расхохоталась. Это была ее фишка: смеяться над собственными шутками.

— Я видел, как она врезалась в окно и упала.

— Может, уже оклемалась и улетела?

Кэр водрузила гнома, покрутила, чтобы вкопать его потертые временем ботинки в землю, и выпрямилась. Уперев руки в боки, она критически посмотрела на Бо. Так она называла этого уродца. И, похоже, осталась довольна.

— Не думаю, — упрямо возразил я и раздвинул палкой очередной куст травы, почувствовав, как уткнулся во что-то мягкое.

Мама подошла и заглянула через мое плечо:

— Выглядит так, словно уже год тут лежит.

Она была права: перья запачканы грязью, а от тельца остался лишь выбеленный скелет.

— Смотри, тут еще одна. И еще...

— Ма, а тебе это не кажется странным?

Кэр подцепила палкой (и когда я только успел ей ее передать) еще один трупик.

— Ну да, — Кэр вздернула брови.

— Может позвоним куда? — неуверенно спросил я, но Кэр словно не замечала меня.

— И еще две, от которых осталось и того меньше — прям птичье кладбище! Но все они явно не сегодняшние. Так что, Макс, не унывай, твоя птица, возможно, жива. А вот этих надо будет закопать. И мама, вернув мне палку, бодро зашагала искать лопату.