Хрустальная ложь

– Ну вот, как-то так получилось, – Николь развела руки в стороны и повернулась, демонстрируя наряд. – Оно плохо держится, сползает, нуждается в дополнительных заколках.

– Сейчас помогу, – Стив с готовностью подставил коробочку с булавками.

– Хм, так уже лучше, но теперь тоб сильно сковывает движения, заставляя перейти на семенящие шажки. В общем, суданское платье – то ещё испытание, – Николь улыбнулась и плюхнулась в кресло. – Ладно, разберёмся.

Глава 30

Судан. Город Донгола.

Самолёт коснулся бетонной полосы, подрагивая, замедлил бег, развернувшись, встал на рулёжную дорожку и покатил к аэровокзалу.

Стюардесса открыла дверь и откинула трап.

Николь первая подошла к выходу и задохнулась от неожиданно жаркого и сухого воздуха, мгновенно проникшего в лёгкие. Прикрыла глаза, стараясь дышать коротко, отошла в сторону, дав дорогу Стиву Куперу.

– Мама-миа, – пробормотал профессор и кашлянул.

Он спустился на бетон, подал руку Николь.

– Идём, отметимся на контроле. Самолёт разгрузят без нас, – Стив покрутил головой.

В этот момент к ним приблизился крепкий коренастый мужчина лет сорока с выгоревшими на солнце волосами и бровями.

– Добрый день, надеюсь, полёт прошёл приятно? – он протянул руку для приветствия. – Я Лаури Тёрни, ваш переводчик, водитель и пилот.

– Добрый день, Лаури, я Николь, – девушка нацепила на лицо вежливую улыбку. – Никогда такого не видела, чтобы меня встречали до границы, чтобы встречающий мог пройти за паспортный контроль.

– Хм, а вы не только красивая, но и наблюдательная, – усмехнулся Лаури.

– Судан производит странное впечатление на новичков. Здесь всё не то, чем кажется, поэтому настоятельно рекомендую держаться рядом со мной. И правильно сделали, что оделись по местным обычаям.

– Но паспортный контроль нам всё равно предстоит пройти? – включился в разговор Стив Купер и пожал протянутую ладонь.

Троица переместилась в здание с огромными пыльными окнами. Сонные, ленивые пограничники двигались плавно, словно при замедленных съёмках.

Крупный мужчина с иссиня-чёрной кожей сурово всмотрелся в лицо Николь, медленно взял ручку, плавно повернулся к Лаури, задумался, посмотрел на лётное поле, написал что-то, едва шевелясь, снова задумался, поставил штамп в паспорт и замер.

Николь так и хотелось встряхнуть застывшего с документом в руке сотрудника, не реагирующего даже на назойливых мух. Глядя на медитативные движения пограничников, ей очень скоро начало казаться, что проваливается в транс.