Хрустальная ложь

– Что-то от сытного ужина и выпитого вина на меня нашла беззаботность, – Рон изобразил полное понимание.

– Тогда вернёмся в отель? – проворковала Лейла. – Ты ещё не передумал провести эту ночь в моих объятьях?

Рон лишь прикрыл глаза и усмехнулся. Следовало успокоиться. Он слишком долго мечтал об этой женщине, а теперь это происходило наяву.

Всё дальнейшее напоминало сон. Столько раз он представлял себе эту сцену, но реальность превзошла все его фантазии. Лишь закрылась дверь комнаты, Лейла смотрела на Рона несколько мучительных мгновений, затем с тихим, молящим звуком подняла руки и притянула его к себе.

Он остро почувствовал, как соприкасаются тела, как пульсирует её сердце. Время остановилось, и всё исчезло, кроме жгучего желания отдаться страсти.

Рон, продолжая впиваться поцелуем в податливый рот, снял с неё жакет, расстегнул застёжку на блузке. Её руки судорожно выдергивали рубашку из его брюк. Дрожащими пальцами Лейла принялась расстегивать пуговицы, затем резко сдёрнула с плеч и откинула.

В этот же момент Рон смог избавить её от брюк.

– Так не бывает, ты определённо решила меня убить, – он протянул руку, чтобы прикоснуться к затвердевшим коричневым соскам торчащих соблазнительных вершинок.

Лейла сделала шаг назад и прижалась к стене, чтобы не упасть. Она, стояла перед Роном босиком, а из одежды осталась лишь бижутерия. Сейчас её глаза казались тёмными и бархатными. Рон едва перевёл дух и с восторгом взирал на обнажённый предмет своих мечтаний.

– Какая же ты красивая, – он кончиками пальцев погладил её упругую грудь, нежно коснулся щеки.

– Как долго я этого ждал.

В глазах Лейлы на мгновение возникло замешательство, но Рон был слишком поглощён действием. Его рука невесомо провела по её ключице, горлу, подбородку, а затем резко спустилась вниз.

– Скажи, чего ты хочешь, – его голос охрип от желания. – Скажи, что я должен сделать с тобой?

– Люби меня, – выдохнула Лейла.

Его сердце забилось чаще при мысли, что у них впереди целая ночь. Лейла приникла к нему, прижимаясь всем телом.

Приоткрытые губы манили, а прикосновение ладоней, произвело эффект электрических искорок. Рон задохнулся от восторга, подступившего к горлу, подхватил её на руки, перенёс на кровать.

– Что ты со мной делаешь? – прохрипел он вожделенно.

– Ничего, о чём бы ты не мог догадаться, – выдохнула Лейла и рассмеялась.

Звук её голоса отозвался в сознании гулким эхом. Рону показалось, что он проваливается в мягкое суфле. Дыхание замедлилось, и всё тело налилось свинцом.