Сделаю, что смогу 4

Машина свернула за угол здания и сразу остановилась. Впереди виднелись два засыпанных снегом внедорожника.

- Так, - протянул Тимофей Игнатьевич, - машины есть. Значит и люди должны где-то быть.

И мы выбрались из тёплого салона на холод и ветер.

Открывшаяся картина меня поразила. Совсем не это я ожидал увидеть.

Полуразрушенные здания, похожие на большие и разгромленные цеха. Выбитые окна и двери. Думаю, что летом картина была бы ещё более удручающей, а сейчас снег скрывал многие катастрофические подробности.

- Такое впечатление, что здесь намеренно всё разрушили, - произнёс я.

- Все работы здесь закончились более тридцати лет назад. А за такой срок на севере всё брошенное людьми выглядит подобным образом, – Полежаев как будто извинялся, что такое легендарное место произвело на меня не лучшее впечатление.

- Наверное, вы правы, Тимофей Игнатьевич, - ответил я, и осмотрелся ещё раз. – Но мы сюда не на экскурсию приехали. Давайте искать туристов.

- Подождите, - придержал меня начальник филиала, - ребята, постойте пока возле машины, - попросил он.

И когда мы укрылись от ветра за внедорожником, он прикрыл глаза, протянул вперёд руки, и начал потихоньку, как будто ощупывать строения, одно за другим. Пальцы его медленно шевелились и было непонятно, то ли это помогает ему в работе, то ли просто они замёрзли и подрагивают от мороза.

- Они живы, но, похоже, сильно замёрзли, хотя рядом горит небольшой костерок, - сунув руки в карманы, произнёс Полежаев, - они вот в том здании, и, по-моему, в каком-то подвальном помещении, а может просто на полу сидят.

Мы направились к строению, освещая путь фонарём, который достал Сергей.

Зайдя в большой зал, продуваемый ветром, нам пришлось остановиться и внимательно осмотреться. Здесь было ещё темнее чем на улице, и двигаться дальше надо было осторожно, чтобы не переломать ноги в разбросанном на полу хламе.

Из дальнего конца цеха раздались какие-то звуки, и Сергей направился туда, стараясь найти более безопасный путь и время от времени подсвечивая нам.

Я уже собирался выпустить звёздочки, чтобы осветить опасное место, когда в наши лица ударили лучи двух фонарей.

- О, никак ещё кому-то захотелось на дыру посмотреть, - раздался молодой и весёлый голос, - ну проходите, - и лучи фонарей опустились вниз, помогая нам подойти к открывшейся двери, которая вела в небольшую комнату.

После ослепления, мы не сразу смогли рассмотреть помещение, но, когда рассмотрели были, мягко говоря, озадачены.