Господин Вечности

— Не беспокойтесь, брат, смею уверить вас, что если присутствующие не будут нести нам угрозы, они не пострадают, — так же бесстрастно ответил Ван.

— Благодарю, брат, — повернулся к тёмному и с той же кирпичной рожей произнёс: — Я требую исполнения Четвёртого права рыцаря.

Рейлад усмехнулся и поинтересовался, явно пытаясь меня задеть:

— Ты не маловат ещё для подобных требований, мальчишка?

О, я себя не вижу, но представляю, какая мерзкая усмешка сейчас появилась на моём лице. Тяжёлый фламберг остриём оставил выбоину в мраморном полу.

Здоровенная рукоять возле моего лица очень неуместно смотрится в моей не подходящей для такой тяжести руке. Держать на весу своё неподъёмное оружие, увы, мне бывает слишком тяжело. А когда дерусь, в основном использую инерцию движения и частичную трансформацию.

Начальник стражи аж захрипел, не в силах вымолвить ни слова, и потянулся к моему оружию. Куда грабли тянешь?! Клинок испарился, я отступил на шаг и выцедил сквозь зубы:

— Не прикасайтесь к моему оружию, рыцарь.

— Позволь… позвольте ещё раз взглянуть на ваш меч, — справившись с собой, попросил племянник Кордана.

«Та-ак, снова пора доставать линейку…» — беззвучно хмыкнул Ван, послав мне красочный образ-эмоцию.

— Не прикасайтесь, — сухо повторил я.

А брат даже в слух подавился коротким смешком, послав отчётливый возглас, прозвучавший завывающе-угрожающим голосом: «Не лезь к ребёнку, старый извращенец!»

Мне пришлось приложить огромные усилия, чтобы остаться невозмутимым.

Кажется, рыцарь больше сам меч рассматривал, чем метку в виде двух звёзд и полоски там, где должна быть третья. Передавая оружие по наследству, эту часть рукояти меняют.

— Вы в своём праве, — в конце концов кивнул ар’Каэрт и жестом отослал тенью застывшего невдалеке тёмного. — Позвольте мне проводить вас.

И нас проводили. Явно не самым коротким путём! Зато это позволило мне расслабиться и отпустить своё сознание в попытке отыскать хоть какой-то след «компаса божества».

Путь закончился в небольшом зале, явно для неофициальных приёмов. Полукругом двадцать кресел, из них заняты лишь восемь. И одно, в середине — для императора.

Резкий диссонанс в стройной мелодии заставил прийти в себя.

Тёмный, сидевший на месте, положенном Владыке, неловким движением сбил на пол кубок, стоявший на подлокотнике. Вино разлилось красной лужей у его ног.