Книга четвертая. Щекотка ревности

Полностью освобожден от ресурса, который Арвистеры всегда копили, тщательно собирая по всей стране и за его пределами. Причем, я говорю не о позолоте металлических ручек и не полировке бронзовых украшений, не о древних портретах, и не о плитке из бесценного зарнского мрамора.

Я говорю о компетентности. Чтобы обычный крестьянин Агалорна мог столетиями мирно жить, имея свой кусок хлеба с мясом и пару кружек пива в таверне вечером, горничная во дворце должна знать как бухгалтерский учет, так и уметь метать кинжалы на звук за двадцать шагов, плюс обладать еще десятком-других полезных навыков.

Ладно, шучу, не сойдет. Но всё равно, всё очень плохо.

В наших покоях все уже успокоилось. Мелкий Грегор сидел в углу, наслаждаясь тишиной и упоенно боксировал с одним из моих котов. Второй, Оппенгеймер, а может быть и Хуммельсдорф, валялся у камина, положив голову на бок спящей толстой собаки. Очень, кстати, похожей на разжиревшего лабрадора, прямо один в один, но этого быть не могло, потому что не могло быть.

Печаль высокородной дамы была вполне понятна – наверняка ей уже все уши прожужжали на тему, как бы спереть младенца, но она прекрасно понимала всю бесплодность такой инициативы.

- Леди Синглс, - мягко улыбнулся я вздрогнувшей женщине, - Не будете ли вы так любезны сообщить мне, где я могу отыскать летописи королевства, самого летописца, а заодно королевского мага? Странно, что главный защитник Крейзенборна еще не попался мне на глаза, не так ли?

- Эм…, - Миневра замешкалась, - Королевский маг? Последний был только у деда его Высочества, но с тех пор, как Академия Брайзен и королевская семья поссорились…

Да не, они издеваются. Это уже становится похоже на дурной сон.

- Мне хочется увидеть Брахиуса, но я уверен, что он предпочтет не попадаться мне на глаза…, - процедил я, понимая теперь истинную причину, почему вельможи и рыцари ничего мне не рассказывали всю дорогу, а я, наивный дурак, думающий, что триста лет для Агалорна, как всегда, прошли без перемен, не спрашивал.

- Мои искренние извинения! - леди не сочла ничего уместнее, чем присесть в реверансе.

- Ими вы не отделаетесь.