Спасите меня, Кацураги-сан! Том 2

И эта его фраза объяснила абсолютно всё. Теперь понятно, в чём главная проблема его зачётов. Вероятно, что и бывший Кацураги не был таким уж отпетым двоечником. Ватанабэ Кайто спрашивает строго по клиническим рекомендациям и стандартам оказания медицинской помощи, которые создал минздрав.

А это значит, что места логике здесь не будет. Шаг влево, шаг вправо – расстрел.

При таком раскладе высок риск, что и я сам завалю зачёт. Ведь речь пойдёт не о знании медицины, а о знании того, как её интерпретируют сотрудники министерства.

– Садитесь, чего встали? – Ватанабэ небрежно махнул в сторону стульев. – И с ходу вопрос. Начнём с вас, Кацураги-сан. Вспомнили, о чём мы беседовали с вами в прошлый раз?

Жаль, прежний Кацураги Тендо не вёл дневник с подробным описанием своей жизни. Тогда бы я смог ответить на этот вопрос.

– Нет, Ватанабэ-сан, лучше напомните сами, – попросил я.

– Удивительно, – хмыкнул он. – О многом говорит, раз вы даже сам вопрос не помните. Ну хорошо, Кацураги-сан. Вы измерили давление пациенту.

– Это все вводные данные? – поинтересовался я.

– Да, Кацураги-сан, – улыбнулся Ватанабэ.

Мужчина полагал, что я не отвечу на его вопрос. Однако до меня уже дошло, что конкретно он хочет услышать. Ответ прост до ужаса, но крайне неочевиден. Любой студент сразу же начнёт рассказывать о дальнейшей диагностике, назначенных анализах и лечении.

Но ответ другой.

– Нужно измерить давление на другой руке, – ответил я.

Брови Ватанабэ Кайто взлетели на лоб.

– Зачем? – сразу же спросил он.

– Чтобы исключить заболевания, из-за которых давление на правой и левой руках различается.

– Вы измерили давление на второй руке. Получилось, что справа у вас сто восемьдесят на сто. Предварительный диагноз? – продолжал забрасывать вопросами Ватанабэ.

– Стеноз левой подключичной артерии, – ответил я.

– Прекрасно, Кацураги-сан, – усмехнулся Ватанабэ. – Усвоили урок. А теперь вы, Кондо-сан. Расскажите принципы лечения этого заболевания.

Кондо Кагари замер.

Подлый ход. Это – сердечно-сосудистая хирургия. Никакого отношения к терапии этот вопрос не имеет.

– Чего вы так напряглись, Кацураги-сан? – заметил моё волнение Ватанабэ. – Как я и сказал, если Кондо-сан не ответит на мои вопросы – это будет на вашей совести. Полагаете, что он не справится?

Дальнейшее продолжение зачёта полностью зависело от того, что скажет Кагари. И, судя по выражению его лица, правильного ответа он не знал.