Книга первая. "Рождение".

Зверолов же, несмотря на его опыт во всех таких делах, повел себя как дилетант. Он вытащил нож из спины лежащего и еще раз ткнул ему под лопатку. Затем, вытерев лезвие об одежду трупа, повернулся ко двору боком, и, схватив тело за руки, потащил его волоком к кустам.

Только потому, что я наблюдал за всеми его действиями, смог увидеть, как еще одна фигура внезапно появилась в проходе между двором и огородом. В руках у этого человека был пистолет, и он был направлен на Никиту.

Откуда ж ты, с..ка, взялся? Ведь вас же трое было!

Между ними метра два, не попадет только слепой.

Не успеваю ничего сделать, даже крикнуть.

Стрелок не промахнулся, я услышал два выстрела, а затем в почти звенящей после такого грохота тишине раздается щелчок. Осечка это или всего два патрона было у стрелявшего, неважно. Главное, что у меня есть несколько секунд.

Бежать на бандита с топориком нет смысла, высока вероятность, что он сможет справиться с пистолетом, и следующие выстрелы мои.

Отбрасываю бесполезный инструмент и достаю свой пистолет.

Надо же, все-таки пригодился. Хватаю его двумя руками и из положения «стрелок в тире» навожу на противника. Выстрел, еще один. Вижу, как бандита после второго выстрела немного ведет назад, но делаю еще один. Он все еще стоит на ногах, но уже выронил свое оружие. Решаю больше не стрелять и быстро бегу к нему, держа все время его грудь под прицелом. Я не снайпер целить в голову, с этих двадцати метров попал в тело - уже победа. Добегаю до бандита в тот момент, когда он все-таки начинает заваливаться вперед.

Поднимаю его оружие. Блин, опять такой же пистолет, похожий на «ТТ», совсем как те, что мы находили на поляне. Убираю его в карман и, пнув два раза в голову на всякий случай, иду к Никите.

Жив.

Не просто жив, он уже даже сам пытается подняться. Протягиваю руку, чтобы помочь, и вижу на груди, с правой стороны, два красных пятна. Кучно, падла, стрелял, как не убил, непонятно.

Хотя Никитос же говорил, что у них там суперсилы какие-то.

Никита, поднимаясь, кряхтит, как бабка, и уже совсем выпрямившись, говорит:

Хорошо, что сердце у меня слева, как у обычных людей.

А что, у вас может быть по-другому? – спрашиваю, не пытаясь скрыть удивление.

Я, конечно, знаю о случаях, когда у человека зеркальное расположение органов. То есть все органы находятся с другой стороны: сердце справа, печень слева и т.д., но из его уст прозвучал сей факт как-то неоднозначно.

Ага, – улыбается он.