Как разбить сердце босса-оборотня

Что о нем подумают, альфы других стай? Сочтут слабым мальчишкой, который не в силах защитить родовое гнездо?

«Тварь! Только попадись мне, на части разорву! Как он вообще посмел, ходить по дому, где жили родители, касаться их вещей своими грязными лапами!»

На секунду его глаза вспыхнули зеленым огнем, ногти на пальцах рук удлинились, превращаясь в острые когти. Комнату наполнила темная, подавляющая волю, энергия альфы.

Еремей вжался в кресло, с трудом удерживаясь от желания опуститься на колени.

«Силен! — с долей восхищения подумал он. — Жаль, что эта невероятная сила досталась, по сути, мальчишке».

— Максим, — негромко сказал старший Горин, — я все понимаю, но держи себя в руках. Не забывай, что в здании полно людей, и большинство из них не знают твоей тайны. Ты же не хочешь проблем с Советом и охотниками?

В ответ послышалось короткое рычание. Волк Максима — его альтер-эго — пытался перехватить контроль над сознанием.

Еремей постучал пальцами по столу, раздумывая, не достать ли из сумки флакон с настойкой, сдерживающей звериную сущность.

Но Максим уже справился с собой. Глубоко вздохнув, он прикрыл глаза и спросил:

— Когда это случилось?

— Вчера ночью. Был сильный дождь, сторож спал в гостевом домике. Утром обошел особняк и увидел разбитое стекло.

Максим криво усмехнулся. Какие у него верные слуги! Проспать всю ночь, и только утром заметить, что в доме Гориных побывали «гости». Странно, что еще весь особняк не разнесли по камешку.

— Многое пропало?

— Нет, Максим, и мне это не нравится. В доме полно ценностей, начиная с картин и заканчивая столовым серебром. Но вор забрал только фарфоровую статуэтку. Балерина, восемнадцатый век. Дорогая, конечно, но не слишком.

Максим мысленно выругался. Коллекцию фарфора собирала его мать. Он бы, скорее, согласился отдать все картины, находившиеся в особняке, чем одну фигурку.

— Значит, кража не случайна, — Горин мысленно перебрал всех людей и оборотней, которым перешел дорогу.

— Почему тогда не забрал весь фарфор? — удивился Еремей.

— Не знаю. Возможно, не хватило времени. Или ему дали заказ на одну статуэтку.

Снова повисла пауза. Еремей не сводил взгляда с висевшей на стене картины. Будь его воля, он ничего бы не рассказал племяннику, сам нашел бы вора и вернул фигурку. Но он знал, что Максим не простит ему лжи.