Возрождение Орсона

Ведомый необычайной удачей во всех делах, он стал великим героем, однако отличался от героев нашего мира. Им двигали приземленные мотивы, логика поведения была чуждой. Само его появление было нонсенсом, и с миром что-то произошло.

– Неужели он настолько силен, что разрушил мир? – спросил я. – Такое не под силу даже богам, а о нем я и не слыхал. Он лорд каких-то сил?

– Он могущественный воин и маг, но дело не в силе. Он как алмазная песчинка, попавшая внутрь точного механизма, – сказал Хеседин. – Проблема в самом его существовании.

– Почему ты не выбил этот клин, не убил его? Ты же хранитель этого мира!

Хеседин вздохнул.

– Когда я говорю о его удаче, это не просто фигура речи. Его судьба искажает причинно-следственные связи, нарушает логику. Он неуязвим и всегда побеждает, но не из-за своей силы или ума, а… просто так.

– Бред какой-то, – сказал я, но вспомнил, с кем разговариваю, и добавил: – Быть может, я чего-то не понимаю, мудрейший? Высшая магия?

– А ты не безнадежен, – чуть улыбнулся хранитель.

– Силы судьбы? – уточнил я. – Нечто подобное я чувствовал, но никогда не изучал.

– Такого раздела нет ни в одной из магических наук, однако каждый живущий смутно понимает, о чем речь. Рука судьбы особенно заметна, когда кто-то совершает невозможное. Например, кто бы мог подумать, что тысячу лет назад простой сельский бард вдруг пойдет путями силы и станет лордом Хаоса, а затем свергнет повелителя Тьмы и присвоит его силу.

Я на мгновение замер, обратившись мыслями к былому. И улыбнулся.

– Да, – вздохнул хранитель. – Теперь нам только и остается вспоминать прошлое.

– Нет, – ответил я.

Повисла пауза. Хеседин внимательно смотрел на меня. Казалось, что моя золотая маска, оберегающая внешний мир от силы лорда, совсем не помеха его взгляду.

– Я его уничтожу, – сказал я.

– Наш мир уже ничто не спасет от гибели, – сказал хранитель.

Я сжал кулаки, латные перчатки скрипнули металлом.

– Как и Разрушителя ничто не спасет от меня.

– Должен сказать, что так называемый Разрушитель уничтожил мир ненамеренно. Он оказался не в то время и не в том месте.

– И что с того? Если он отравил наш мир, пусть даже не специально, то мир имеет право убить его. Таково священное право любого живого существа.