Ледокол

Чарли бегло просмотрел сводки новостей, ухмыльнулся от результатов прошедшего местного чемпионата по керлингу в Миннесоте, в Европе очередной теракт неких «Трех Скверн», группы особо могучих и бешеных кейпов-женщин, в местных новостях какой-то кейп-новичок ограбил банк… Постойте!

Чарли вчитался внимательней, поглядел на изображение маски и с трудом сдержался от того, чтобы выругаться.

Его обнаружили по фотографии, так? То есть тот кейп, Мирддин, летел не просто по звонку свидетеля, его засняли. И сличили фотографию по… по одежде, да? Одежду он не менял, хотя маску снял… Чарли с трудом удержался от желания разбить чашку с кофе.

- Сидеть! — почти прорычал он взбунтовавшимся гоэтиям его разума.

Итак, СПК знает его внешность. Это неприятно. Нет, никаких весомых трудностей для него предвидится, но поле для маневра сужается. Например он теперь не сможет действовать как публичная фигура или не сможет внедриться в само СКП. А вообще идея внедриться в СКП интересная, надо будет ее всесторонне обдумать, но потом.

Чем ему опасна деанонимизация? Билл когда-то упоминал что существуют некоторые «неписанные правила», но в тонкостях не разбирался. Сейчас было самое время поискать информацию на эту тему в сети, но только запросы надо формулировать правильно, чтобы очередной хитросделанный Умник — а Чарли, по опыту работ со спецслужбами своего мира, был уверен что основную работу сделал именно кейп-мыслитель — не обнаружил его по обрывкам запросов.

- Мои письмена будут незаметны оку человеческому, - перед чарами, Чарли убедился, что на него сейчас не направлен взор ни одного человека и, учитывая такую зоркость местных, ни одной камеры.

Подобному учат в ордене, и похоже пришла пора проявить осторожность. Никто не увидел темную дымку, на мгновение окутавшую мага.

Через полчаса у него было примерное представление о так называемых «неписанных соглашениях». Вообще-то очень даже писанных, так что за арест кейпа в его гражданском облике, если кейп сам специально не засветил свою личность, можно было запросто присесть в соседнюю от кейпа камеру.

Но, с другой стороны, вспоминали об этом правиле тогда, когда это было выгодно властям, то есть почти никогда. Разве что во время нападения Губителей нельзя было лезть другим под маску: за это жестоко карали, причем в основном самой жестокой тюрьмой для кейпов, Клеткой, либо приказом на убийство в случае особо опасного нарушителя. Чарли, впрочем, полагал что в основном власти и кейпы-нарушители предпочитали договариваться.