Приключения в игрушечном мире

Пастельно-розовые балетки с бусинками и такого же цвета сумка с рисунком кошки. Волосы собраны в длинный хвост и перехвачены ленточками в нескольких местах. Серьги в виде разноцветных звездочек, и такие же звездочки поблескивают на браслете. Губы и ресницы слегка подкрашены. Своим прикидом она нарушала множество школьных правил, но это ей сходило с рук — Машу любили все.

Скосив глаза, Миша понял, что ухажер притащил коробку «Сникерсов». Костя часто дарил ей конфеты, наверное, сворованные из ларьков. Судя по тому, что Маша всегда раздавала сладости одноклассникам, она бы предпочла другие подарки.

Но кавалер никогда не интересовался ее мнением. Когда Громов разговаривал с ней, она была вынуждена смотреть на него снизу вверх.

Зазвенел звонок.

Миша сидел за одной партой с Лешей. Товарищ достал тетрадку, учебник, ручку и приготовился к уроку. Миша вытащил то же самое, а кроме того — новую куклу Бэтмена и посадил ее на колено.

— Глянь, что откопал на интернет-аукционе, — толкнул он Алексея, — интересный экземпляр.

Тот скосил взгляд, критически осмотрел приобретение и заметил:

— Старая же. Краска вся облупилась.

— Зато их мало сделали, — ответил Миша, — а краска — это ничего, перекрашу...

— Тссс! — зашипел на него одноклассник. — Перс!

Учитель математики поприветствовал класс и начал объяснение новой темы. Миша полюбовался Бэтменом и спрятал его в сумку. Леша в это время что-то набирал на телефоне, наверное, СМС. Пользоваться телефоном на уроке было запрещено, но, если тихо, учителя смотрели на это сквозь пальцы.

— Вчера новый патч вышел под варкрафт, — сказал Леша, обращаясь к другу, — так я сгенерил перса-гоблина, очень похожего на Перса, — он засмеялся. — Поможешь в рейде?

— Я буду занят, — ответил Миша. — Надо почистить Бэтмена, суставы проклеить, перекрасить...

— Да у тебя их десяток! Не надоело тебе с куклами возиться?

— С ними интереснее играть, чем с пикселями на экране, — возразил Миша.

— Ну как хочешь... — Леша опять начал что-то набирать на телефоне.

Мише было скучно, поэтому он начал вертеться, но тут же замер, как только увидел Машу.

Девушка почти не общалась с ним, не замечая «ботана» с высоты своего положения, разве что иногда читала его стихи. Проблема в том, что сочинять их труднее, чем доказывать теоремы. Миша вздохнул и, чуть ли не кряхтя от напряженной мыслительной работы, написал на последней странице тетрадки:

Маша, Маша, я летаю,

Словно птица в небесах.

Я мечтаю, я мечтаю,

Оказаться в твоих снах.