Откровения Жрицы. Отпустите меня в мой сон.

Потом снова залилась, понимая, что новый Правитель всё-таки внял моему совету, но откуда мне было знать, что он попрется прямо к Владу!

- Рад, что тебе весело, - ядовито добавил граф. – Потрудись объяснить, пока я окончательно не взбесился.

- Да я просто посоветовала, - смеюсь, - чтобы Витем нашёл человека, - смеюсь, - который познакомил бы с женщиной, способной обуздать его страсть.

- Конечно, это льстит, что он обратился именно ко мне. Но почему одновременно так бесит!? – этот вопрос, скорей всего, хранитель задал себе, я же продолжала смеяться.

- Хочешь прекращу твою смех? – внезапно коварно поинтересовался он.

- Ну, попробуй.

Вальгард, взяв меня за плечи, медленно поворачивает лицом к выходу из зелёных насаждений с площадки. Смех прекратился моментально, а весёлый настрой и вовсе упал до нуля в долю секунды. К нам приближался агент Орвэль.

- Мне в институт пора. Перенеси обратно, - серьёзно произнесла я, вновь отвернувшись к фонтанам.

- У нас ещё пятнадцать минут, - елейным голосом говорит мой новоиспеченный мастер-мучитель.

- Влад!

- Ты такая непостоянная. Что произошло между вами? То ты преследуешь его, а сейчас наоборот, бежишь от него, и даже уступила другой женщине.

- Влад, пожалуйста, - говорю полушепотом, чтобы кое-кто не услышал.

Агент приближался к нам, как мне казалось, стремительно быстро, и моё сердце ускорило свой ритм, весьма громко отбивая удары. 

- Читай по губам, малышка, - издевательская ухмылка, после которой одними губами произносит «нет».

Наглая упырская сволочь! Стою, тихо закипая от злости, пока мужчины в приветствии друг друга пожимают руки. 

- Добре утречка Вам, - выдавливаю из себя милую улыбку, и отворачиваюсь обратно.

Поприветствовать его в любом случае необходимо было: во-первых, из знака вежливости, во-вторых, не хочется отвечать на ненужные и уже бессмысленные вопросы.

Дальше стояла молча, отсчитывая минуты, когда мучитель соизволит отпустить меня в институт.

Сердце кольнуло от осознания, что с ним может что-то случится. Захотелось остаться здесь и помочь, но нельзя, иначе снова расплывусь, и моя гордость будет растоптана окончательно.