Откровения Жрицы. Отпустите меня в мой сон.

Когда Анна сбавляла обороты, мужчина не смог удержаться и начал осторожно целовать её лицо: лоб, глаза, щеки, губы. Нечестно с его стороны было пользоваться её слабостью, но благородность никогда не была у него на первом месте. 

В палате раздался тихий мужской стон, когда вторгся в женские мягкие уста. Вальгард истосковался по ней. Руки хаотично блуждали по её телу. Анна сейчас была как никогда податлива и отвечала на ласку. Хранителя опалила жаркая волна возбуждения. Он готов сейчас сорвать так мешающую одежду и овладеть ею прямо здесь, на узкой больничной койке.

- Посмотри на меня, Анна, - прохрипел Влад, со стоном оторвавшись от сладких губ.

Жрица с трудом открыла веки, и янтарные горящие глаза с желанием смотрели на него. Именно это и остановило хранителя. Она действительно закрылась. Тихо выругавшись, пришлось подавлять в себе возникшее возбуждение.

- Почему? – с придыханием спросила жрица. – Я хочу тебя.

- Нет, Анна. Не сейчас. Только после полного обследования целителей. Не хочу навредить ребёнку, - до его сознания дошёл ещё вполне обоснованный довод, когда желание стало спадать.

Он вновь уложил девушку, на этот раз вставая с постели и укрывая её одеялом. Анна, недобро окинув его взглядом, повернулась на бок.

- Спи, - провёл ладонью по волосам. – Ты, наверняка, очень устала.

- Да, - отозвалась жрица. – Алина осталась одна.

- То есть? – не понял её. – Вы уже приехали в Питер?

- Ага. Боюсь, Ром ей сейчас будет не лучшей компанией, - зевнула.

У Вальгарда начала складываться картина.

- Не волнуйся, я присмотрю за ней.

- Головой отвечаешь за жрицу Воздуха, - приказным тоном проговорила девушка.

- Как прикажите, моя жрица, - он прекрасно понимал, кто сейчас говорит вместо его Анны, и готов хоть танцевать перед ней, лишь бы она поскорее вернулась в своё прежнее состояние, как можно быстрее увеличивая расстояние от грани.

Убедившись, что Анна спит, вышел из палаты, где по левую сторону от дверей сидел на мягком диванчике Хэджоу, а напротив стоял задумчивый Витем, скрестив руки на груди.

- Ай-яй-яй, подслушивать нехорошо, - холодность тона вернулась к нему. - Как давно ты опустился до такого? – поинтересовался хранитель у целителя, а ныне действующий главный советник.

- С тех пор, как на моём веку забеременела истинная жрица, - тут же не менее холодно отозвался Хэджоу. – Ты успокоил её?

- Вроде бы.