Откровения Жрицы. Отпустите меня в мой сон.

Кристер разлил воду по чашкам, поставил сахарницу с уже открытой крышкой, а затем достал из верхнего шкафчика белую маленькую бутылочку. Налил жидкость в чайную ложку и добавил в мой чай, тщательно размешивая.

- Что это? А себе не будешь добавлять? – конечно, я заметила, как он поставил эту бутылочку обратно, не проделав того же со своей чашкой.

- Тебе необходимо расслабиться, а то уж слишком напряжена.

Кристер обошёл стойку и сел рядом. Я взяла широкую чашку и вдохнула цветочный аромат. Положила два кубика сахара, размешала, а затем совершила осторожный глоток.

Приятный чуть терпкий привкус разбавляла едва уловимая сладкая нота, приправленная горчинкой. Отпила ещё немного. Тепло разлилось по моему телу, и я действительно стала чувствовать себя более расслабленно.

- Алкоголь? – взяла из вазочки шоколадную конфету. – Чревато последствиями, - улыбнулась, вспоминая случаи в прошлом.

- Это всего одна чайная ложка, - потянулся к вазочке. – К тому же ты находишься со мной в закрытом помещении, - обратил свой взор на меня.

Ещё глоток. Чай был необыкновенно вкусный, что его хотелось пить больше и больше. Становилось жарко, и я машинально потянулась к пуговицам на рубашке. Мужская рука легла поверх моей, и одним движением головы показал, чтобы я не расстёгивала их. Подняла свои глаза на него, пытаясь понять, почему нет, и снова попала в плен. Сердце затрепетало, дыхание сбилось, и появилось дикое желание всё рассказать ему. Он продолжал держать меня, поглаживая большим пальцем, поэтому второй ладонью я прикоснулась к огрубевшей коже, чуть сжимая.

- Я должна… тебе… признаться, - опускаю взгляд, сплетая наши пальцы, поднося к лицу.

Слова давались очень трудно. С одной стороны, мне хотелось, чтобы Кристер знал о моих чувствах. С другой – если он не чувствует того же, то я не должна открываться. И что же мне теперь делать? Как поступить правильно?

Главы 5,6,7.

*

- Я должна… тебе… признаться, - Алина опустила взгляд, и поднесла его руку к своему лицу.

Кристер мог предположить в чём она хочет признаться и от того становилось ещё тяжелее.

Он и так чувствовал свою вину перед ней из-за своей мужской несдержанности. Отказать себе в удовольствии было очень сложно – молодая жрица манила к себе, как аромат цветка манит шмеля.

Девочка также могла запутаться, как и он. С ней всё настолько быстро завертелось, что сам ещё не успел разобраться в себе – мимолётное ли это влечение, как было с Ольгой, или же у него, наконец, проявились чувства после стольких лет.