Потомок

— Ты ведь понимаешь, что Дин никогда не предал бы тебя? — я тепло улыбнулся: — Согласись на его предложение. Он весьма сильно переживает за тебя.

— Я подумаю, — Сэмми прищурился, посмотрев на небо. — Знаешь, я рад, что ты вернулся. Я помню, как скучал по тебе. Как без тебя было плохо Дину. Ты всегда старался примирить нас друг с другом и теперь вновь это делаешь. Это не говоря уже о том, что ты отлично умел готовить, а со стряпни Дина мне до сих пор иногда становится дурно.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Именно в тот момент я понял, что действительно сильно скучал по братьям. Мы были когда-то одной командой, семьей. Я солгал бы, если бы сказал, что не ностальгировал по прошлому. Но, одновременно со светлой радостью во мне пульсировал огонек тревоги.

Мы слишком долго были раздельно. Нет, за себя я был спокоен — я не допущу, чтобы моим братьям навредили. Особенно теперь, когда мы вместе. Сколько раз я сбивал градус негодования у других охотников, которые мягко говоря не особо любили Винчестеров, считая что за теми по пятам идет лишь Ад и Смерть.

Сколько вендетт я предотвратил, когда мои братья оттоптали парочке колдунов больные мозольки. Я всегда незримо старался помочь им и защитить.

Вот только мог ли я надеяться на тоже самое отношение уже с их стороны? Пусть я и не признавался даже самому себе, но мне было страшно, что я могу стать для них лишь ещё одной ступенькой. Очередной одной жертвой-соратником, павшим во имя «тех самых братьев Винчестеров».

Глава 7

Готов признать: не таким я видел долгожданное семейное воссоединение. Стоит отметить, что я его вообще никаким не видел, так как не планировал проводить. Но, несмотря на то, что проблема с Гартом разрешилась быстро и практически без потерь со стороны новых сородичей Фицджеральда, Дин с Сэмом вот уже приличное количество времени старались не смотреть друг на друга, чем до жути напоминали мне старых супругов, поругавшихся из-за начинки для рождественского пирога.

Это бесило.

Вот только чем сильнее я злился, тем отчетливей отдавалось в ушах биение сердца и Метки. Даже амулет, мерно пульсирующий теплом, не мог успокоить мою злость на этих двух идиотов. Разговоры не помогали. Они кивали, соглашались и… расходились по своим комнатам, оставляя меня в гордом одиночестве.

Если быть совсем честным, то я даже иногда чувствовал себя лишним.