Потомок

— Стоп, погоди! — Дин вытаращил глаза и громко воскликнул: — То есть Метка — это ключ от тюрьмы сестрицы Бога?

— Типа того, — закивал я, состроив невинное лицо: — Правда интересно?

— Весьма, но ты так и не ответил.

— Так вот, — я на пару секунд задумался, пытаясь сформулировать свои слова: — Метка является единственным барьером между Тьмой и свободой. Она обладает определенной силой, которая может проявлять себя для защиты. Например сотворение Первого Клинка. Мне рассказывали, что Метка весьма могущественна и способна на многое.

— И кто… Каин, — скривившись, брат сам ответил на свой вопрос, после чего задал новый: — А когда ты это узнал?

— Отец любит слушать истории, — я с теплотой вспомнил вечера в гостиной: — Но ещё он любил их рассказывать. Эту он мне рассказал, когда мне было десять и я впервые увидел, каким именно существом является Каин.

— И что же произошло? — Дин нахмурился, уставившись на бампер автомобиля Сэма, что ехал впереди нас.

— А что могло произойти? — я еле заметно усмехнулся, неосознанно копируя отца: — Иногда к нам заваливались демоны.

Подозреваю, что по приказу Азазеля, который Каина терпеть не мог ещё с тех времен, когда не попал в число Рыцарей Ада. Отца они бесили не больше, чем мошки, но в тот раз вышло немного иначе…

Я резко замолчал, вспоминая тот летний день в красках. Я сильно испугался, когда демоны появились около нашего дома и один из них швырнул меня в ограду, но сильнее я оказался напуган, когда увидел лицо отца, заметившего кровь, текущую из раны на моем плече.

Каин тогда пришел в ярость и то, как он распылил посмевших прервать его покой, некоторое время снилось мне в кошмарах.

Но я привык к этим проявлениям истинной сущности в отце, как привык ко многому другому в нём. Всё же, Каин смог привить мне многое и как бы я не упирался, не старался спасать людей, я остаюсь выкормышем демона. Так меня назвала Эллен, когда узнала кто меня воспитал. Грустно хохотнула и сказала, что поняла причины моего поведения, а потом заметила, что гены Винчестеров и тут возьмут вверх.

Стоило признать, что она оказалась частично права.

Весь оставшийся путь мы с Дином молчали. Он не стал лезть с новыми вопросами, обдумывая то, что я сказал, а я был рад тому, что в моем брате резко проснулась столь нехарактерная для него тактичность. Он никогда ей не славился и в детстве частенько лез вперед, докапываясь до самой сути, когда я не хотел говорить о ней.