Детективное агентство "Фордейл и Фордейл"

Кстати, приходили мастера, сняли табличку и заменили на новую. Теперь надпись латунными буквами гласила: «Детективное агентство Фордейл и Фордейл». Я удостоился чести стать компаньоном.

Вскоре Арчибальд ушёл, избегая дешёвой патетики и не потратив лишних слов на прощание.

— Мисс Финкл... — негромко позвал я.

— Да, сэр! — она заглянула через порог.

— Я вижу, вы уже во всём разобрались, — сказал я, делая тайный знак.

— Это было не сложно, — кивнула секретарь, отвечая таким же знаком.

— Не желаете посетить вечеринку поэтов?

— Охотно, сэр! — улыбка мисс Финкл не сулила псевдовампирам ничего хорошего.

Некоторое время мы потратили, чтобы нанести на лица слой пудры, сделавший их белыми, и подкрасить губы. Получилась некоторым образом комедия дель Арте, но другого выхода не было. К Скарамушу у них будет меньше вопросов, чем к строгому джентльмену.

Вышли на улицу, не торопясь поймали кэб и отправились на Уондсворд-роуд, что недалеко от парка Воскхолл. Я чувствовал плечо мисс Финкл.

— Вы первый раз принимаете участие в столь опасной экспедиции? — спросил я.

— В первый, — ответила она. — Но судя по вашему рассказу, не такая уж она и опасная.

— Да мало ли... От поэтов никогда не знаешь, что ожидать.

Постучав набалдашником трости в дверь клуба, я дождался, когда откроют, и произнёс слово-пароль. Нас впустили.

— Оружие лучше оставить в прихожей, — проворчал швейцар в чёрной полумаске. Судя по выправке, он лет пятнадцать отслужил в колониях и уволился в звании не ниже сержант-майора.

— Я не ношу оружие.

— Джентльменам верят на слово, — отчеканил охранник.

— А леди? — улыбнулась мисс Финкл.

— Тем более!

Я опустил две гинеи в коробочку для добровольных пожертвований, и мы поднялись наверх.

Обширная комната была задрапирована чёрно-алым в стиле Эдгара По. Горели свечи в достаточном количестве, чтобы не расшибить лоб о стену, но сохраняя полумрак, необходимый для антуража.

Поэты ещё только собирались, а потому обычная для их братии неразбериха ещё не началась. Члены клуба медленно бродили поодиночке или по двое-трое. Всего я насчитал полторы дюжины гостей. Не так и много. Некоторые из них бормотали стихи, обращаясь либо к шпалерам, либо к портьерам. Возможно, репетировали выступление, а возможно отчаялись найти живых слушателей.

Моё внимание привлекла большая напольная клетка в виде башни, стоявшая у стены.