Здесь, на знакомых тротуарах - 2

– Просто не видел иного способа избавиться от зловредного кольца! И, считаю, не прогадал!

– Ясно, – кивнула Лягушка. Чего только новенького не узнаешь невзначай! – Стоп, погодите… – нахмурилась тут она. – Нынешние цепи на вас всего-то… – точного срока она сходу не припомнила, но и приблизительная оценка вышла красноречивой. – Что же это получается: когда мы с вами впервые встретились, перстень был еще на вас?! – осенило ее.

– Выходит, что так.

– И все это время – пока не подставились под Сварожичевы оковы – вы были рабски верны… этой?! – вытаращила она глаза.

– Скажем так: мне стоило немалых усилий, чтобы дело обстояло иначе, – бросил шеф.

– Но от перстня вы при этом не избавились! – прищурилась на собеседника Василиса. – Больше того, хранили его под рукой, в рабочем кабинете! А не утопили в той же Смородине!

– Говорю же: это невозможно! – досадливо всплеснул руками Кащей. – Ни выбросить, ни переподарить, ни продать, ни позволить украсть… Вот, сама попробуй-ка его забрать! – кивнул он на кольцо.

Почти на автомате девушка протянула руку и вроде бы зажала перстень в кулаке – однако тот прошел сквозь ее ладонь, словно дурно исполненная иллюзия, и остался лежать на столе, безмятежно, даже не покачнувшись. Из чистого упрямства повторив попытку еще дважды – и уже добавив к усилиям добротную волшбу на цепкий захват, по идее, безотказную – но с прежним нулевым результатам, Лягушка признала неудачу.

– Все, что я мог – и до сих пор могу – сделать с кольцом – это вернуть его Маре, и то лишь по ее прямой и недвусмысленной просьбе! – сопроводив фиаско референта выразительным кивком, продолжил Бессмертный.

– Почему же тогда вы не вернули его этой, как только о том зашла речь? – поинтересовалась Василиса.

– Потому что хочу сперва понять, что она затевает, – объяснил шеф.

– Чтобы помешать?

– Нет, – мотнул он головой.

– Э… Почему? – опешила она, ожидавшая совершенно иного ответа.

– Есть на то причины.

– Но мне вы их не назовете?

– Сейчас – нет. Возможно – позже.

– И дело не в том, что треклятый подарок этой все еще действует на вас пагубно? – сама поражаясь своей дерзости, брякнула Лягушка.

К еще большему ее удивлению, Кащей будто бы даже не рассердился.

– Тут не переживай, – принужденно усмехнулся он.