Здесь, на знакомых тротуарах - 2

Но, может, сплетни сии уже были лишь гнусными происками бабкиных недоброжелателей, а с его стороны имела место жалкая попытка выдать желаемое за действительное.

В любом случае, все это давно осталось в прошлом.

– Кстати, о всякого рода побрякушках, – как бы совсем уж невзначай проговорила тут Мара. На контрасте Бессмертный внутренне подобрался – похоже, разговор как раз приближался к своей сути. – Перстенек тот мой заговоренный как, все еще носишь?

– Ты где-то тут видишь перстень? – с готовностью выставил он на обозрение ладони с растопыренными пальцами.

– Ну, думала, может, иллюзией прикрыл, – основательно приглядевшись, не без удивления выговорила гостья. – Значит, сумел снять? – разочарованно – и одновременно будто бы уважительно – пробормотала она. – Силен, бродяга! Была уверена, что не справишься!

– Пришлось постараться, – скромно пожал плечами он. Не став, однако, уточнять, что злополучное кольцо, избавиться от которого и впрямь было невозможно, снял с него лично Сварожич – из опасений, что зачарованный подарок Мары начнет, скажем так, системно конфликтовать с наложенными по высочайшему указу оковами.

– Но он все еще где-то у тебя, – не столько спросила, сколько констатировала гостья.

– А если и так? – чуть склонил он набок голову.

– Верни, – требовательно протянула Мара руку через стол. – Я дала – я вправе и забрать, таков был уговор! – с нажимом продолжила она. И уже снова ровным тоном добавила: – Тогда, сам понимаешь, я впопыхах собиралась, забыла прихватить…

Ну да.

– Уговор – так уговор, – хмыкнул Кащей. – Просишь свое – верни мне мое!

– Рада бы – да не получится, – гостья в свою очередь продемонстрировала неокольцованные пальцы. – Твое-то колечко запросто снималось – так я его в Смородину-речку бросила. Сама бы не додумалась – хитрюга Ягуша научила… А что в те воды упало – навсегда пропало!

Вот оно как, значит! Не врали, выходит, слухи насчет вредной бабки! Ну, племяшечка!.

– Чего более нет на свете – того и не вернуть, а мой перстенек все же отдай, – настаивала между тем Мара. – Не можешь ведь не отдать!

– Не могу, – признал он, с немалым трудом удерживая на месте руку, так и норовившую предательски потянуться к верхнему левому ящику стола. – А значит – отдам, куда денусь. Но не сегодня. Не при мне оно – в особом тайнике хранится. День уйдет, чтобы достать, а то и два!

– Годится, – с заметным облегчением кивнула на это Мара.