Кесарь. Перо и хребет

Только что умершие люди, зараженные навью, поглощенные первородной тьмой и поднятые силой некроса – практически такие же быстрые, как вампиры. И такие же голодные.

Первым пал вамп, который вошел во двор Радзивиллов. Он попытался обороняться, отбрасывая «деток» в стороны, но они неутомимо наседали на него со всех сторон. Твари накинулись на него и разорвали на части, а потом довольно зачавкали, сверкая во тьме алыми глазами. Слуги вампира взвыли и попытались ретироваться на улицу, но отец покойного семейства легко перемахнул ограду и загородил проход, расставив руки в стороны.

– Иди сюда… С-суда… – прошелестело из его широко раскрытого рта, полного острых, как иглы, зубов.

Трансмутация свежего тела шла полным ходом. Позвоночник и конечности неестественно удлинились. Нижняя челюсть отвисла и зашевелилась из стороны в сторону, как у змеи, которая готовится проглотить добычу, превышающую по размеру ее самоё.

Слуги-рэнфилды ломанулись в другую сторону, но там их ждала мать семейства, которая, напротив, стала приземистой и толстой, как жаба.

Голова ее практически вросла в плечи. Женщина выглядела круглой и оплывшей, с короткими ручками и отвисшими тройными подбородками. Она широко, от уха до уха раскрыла пасть, и оттуда выскочил длинный, как у лягушки, язык. Он коснулся одного из слуг и подтащил его к твари.

Рэнфилд завопил от боли, как резаный, когда его начали есть. Плеснула во все стороны кровь.

В это время тонкий человек схватил второго и тоже начал его поедать, заглатывая целиком, начиная с головы.

Приглушенные крики тут же стихли.

***

На улице мертвяки окружили отряд упырей. Кони ржали и рвались в воздух, ощущая смертельную опасность.

Один из вампиров имел глупость стегнуть волшебного скакуна. Тот взбрыкнул и сбросил седока, взмыв в небо. Остальные, закусив удила, начали храпеть и брыкаться, подбрасывая круп. Оставшимся наездникам пришлось спешиться, чтобы не упасть.

Круг восставших мертвецов неумолимо сужался.

– Нужен огонь!

Слуги и вампы выставили перед собой припасенные заранее факелы, которыми планировали поджигать дома непокорных.

(По большому счету им не требовалось освещение, так как они хорошо видели в темноте.)

Бледные кони от огня заволновались еще сильнее. Один из них рванулся, вырвал поводья из рук владельца и взлетел в небо, опустившись где-то на околице, через пару улиц. Остальные скакуны последовали его примеру. Упыри и слуги рассыпались в стороны.