Кесарь. Перо и хребет

Сейчас он ощущал, что от случайного собутыльника несет опасностью.

Что ж. Подождем подходящего случая.

– Что там, кто на арене бьется? – спросил вдруг волкодлак, грохнув пустой кружкой по столу.

Официантка молча подскочила, взяла пустую посуду и поставила перед ним еще одну кружку пива.

– Сей момент, – кивнул бармен и переключил с новостного канала на спорт.

На полигоне рубились двое магов-погодников. Один генерировал жаркий пустынный ветер, пытаясь сбить противника с ног, а другой в ответ заливал потоками дождя и морозил, превращая поле битвы в каток.

– Как думаешь, кто победит? – спросил связной.

Горан присмотрелся. На табло снизу экрана было написано: «Метельский vs Клеванский 112:193». Идут почти наравне, ноздря в ноздрю. Вообще-то пчеловод хотел, чтобы они друг дружку положили. Туда им, магам, и дорога.

– Честная ничья, – ответил он. – Думаю так. А что, ставки сегодня не принимають?

– Не положено, – помрачнел бармен, взглянув на гоблинов, и начал снова полировать деревянную стойку, стирая несуществующие капли.

Так их разтак! То ли мент в штатском, то ли орк в пальто. Не разберешь. Рисковать, принимая нелегальные ставки, хозяин заведения не хотел и персоналу наказал.

Однако финала Горан так и не дождался. Маги все прыгали, зрители вяло подбадривали своих кумиров, счет рос, но становилось скучновато. Ничего не менялось.

– Ну что за …! Гхыр моржовый! – недовольно рыкнул волчара, устав ждать. – Переключай на эльфийские сиськи.

Сие означало, что сейчас всем посетителям заведения, хотят они того или нет, придется смотреть трансляцию самого культурного и гламурного телеканала ГОРОДА, ибо спорить в вервольфом означало сдохнуть (что не слишком приятно само по себе) или быть покусанным и в следующее полнолуние обрасти шерстью. Без лицензии это каралось по всей строгости закона. Но кого, милсдари, волнуют такие мелочи?

А посему бармен переключил на другую трансляцию.

– Не смотри, – предупредил Горан.

– Понял, не дурак, – шепнул связной.

Стоит взглянуть на фейри, пусть даже на экране, который приглушал гламор, и люди одуреют не хуже, чем от крепкого вина. Подозрительный мужик не успел среагировать и залип на картинку. Челюсть его отвисла. Глаза остекленели.

Бармен достал из-за стойки беруши, вставил себе в уши и жестом предложил посетителям.

Шла прямая трансляция из национальной оперы. Феечка неимоверной, просто нереальной красоты пела на высоком наречии.