Кесарь. Перо и хребет

Вопреки всем законам природы тварь разрослась до гигантских размеров, втрое превышая по росту человека.

Этот шар, состоящий из плоти твари и Семецкого, перекатываясь, двинулся на архимага, пытаясь его задавить. Тот выпустил файрбол, но только слегка обжог мертвяка. Черная броня отразила атаку.

– Кх-м… – похлопал кто-то по плечу Даниила. – Не отвлекаю?

Этот вкрадчивый голос он узнал бы из тысячи.

– Петер! Ты!!!

– Я, а кто же еще, – подозрительно прищурился воздушник.

Вроде бы малец-байстрюк не должен его знать в лицо и по имени.

Отец его не представлял другу: не до того. Впрочем, времени выяснять не оставалось.

– Не пора ли вмешаться? – хмыкнул Михальский.

– Пора, пора, – проворчал Даниил. – Вали нахрен эту ограду.

Покосившийся забор тут же снесло порывом ураганного ветра. Тварь на миг застыла. Дырочки, заменяющие шару из мертвечины ноздри, шевельнулись принюхиваясь. Мертвяк хрюкнул и, потеряв интерес к пиромантам, покатился-поплыл, как слизень, в сторону парня.

Некромант выпустил давно готовое плетение.

Оно узелок за узелком, завиток за завитком легло наземь и быстро, извиваясь, как змейка, потекло по земле к чудовищу. Когда оно коснулось мертвяка, тот утробно завыл. Внутри нарастал рев.

Контроль! Контроль…

Сзади монстра продолжали обстреливать пироманты, так что зад с тыльной стороны задымился, как мясо на жаровне.

– Хватит! – крикнул Даниил.

Он испугался, что глупо погибнет вместе с тварью. Кроме того, это мешало сосредоточиться, ведь главное в магии – это контроль.

Он отчаянно уставился на воздушника. Михальский понял и короткими перебежками мелькнул, обходя тварь и становясь позади нее. В прыжке он успел уклониться от очередного фаербола и махнул, призывая прекратить обстрел. Маги встали, ожидая, что будет дальше.

– На самом деле, малыш, все эти формулы – дерьмо собачье. Просто привычка.

– Как это? – удивился Даня.

– Просто дрессировка, как у собаки. Потом узнаешь. Главное – это намерение и сила мага, которую он направляет. Подходят любые слова.

Он тянул, тянул, тянул за веревочку, на которой болталась навь. Та сопротивлялась, как рыба, которую осторожно, чтобы не сорвалась с крючка, тащит из воды рыбак. Так… Почти, почти… Подсекаем!

– Иди сюда, – просто сказал Даниил, стоя перед огромной тварью. – Ко мне.

Мясной шар послушно покатился навстречу.

***

Михальский начал что-то понимать.

Сначала он удивился, откуда байстрюк Волкова так много знает о ремесле Смерти, если не прошел обучения.