Призраки Вальтерии. Алый камень

Не дождавшись ответа он вошёл внутрь. У дальней стены напротив входа, за большим дубовым столом, сидела Эвелина, таинственная девушка, которую он видел на месте преступления.

— Как вы меня нашли? — испуганно спросила она, едва взглянув на него.

— Я следователь, это моя работа, — спокойно ответил Винсент, входя в кабинет и закрывая за собой дверь.

Кабинет был просторным, с высокими потолками и полками, заполненными книгами и артефактами.

— Я пришёл поговорить о Талботе Дрейке, — начал Винсент. — Вы хорошо его знали?

— Да, я знала его, — кивнула Эвелина.

— Мы были коллегами. Магистр Дрейк был замечательным учёным и добрым человеком.

— Вы ведь были не просто коллегами, — продолжил Винсент, — вы были его приёмной дочерью, верно?

Эвелина вздрогнула, её глаза наполнились слезами.

— Как… Как вы узнали? — дрожащим голосом спросила девушка.

— Для тех, кто пытался скрыть факт вашего удочерения, вы слишком много наследили. Всё началось с биографии Талбота Дрейка, — начал он, наклоняя голову чуть набок. — В ней указанно: "Удочерение", а дальнейшая информация скрыта.

Мне стало интересно, кого удочерил Талбот, а главное зачем. Магистр пользовался служебным транспортом и в старых отчётах я заметил его регулярные визиты в приют Святой Элоизы, хотя он никогда не поддерживал благотворительные организации. Это первое.

Он сделал паузу, давая Эвелине время осмыслить сказанное.

— В документах о посещениях приюта, ни разу не упоминается ни его имя, но среди воспитанников я заметил другое имя — ваше. Это второе.

Эвелина нахмурилась, но ничего не сказала. Винсент продолжил.

— В личных вещах, которые мы изъяли после смерти, был обнаружен, — Винсент достал из кармана маленький медальон, — этот медальон, найденный среди его вещей. На нём выгравированы инициалы Э.С. и дата, которая совпадает с днём удочерения, которая удивительным образом совпадает с датой, указанной в документах о вашем удочерении. В которых, кстати, не указаны приёмные родители.

Он слегка усмехнулся, заметив, как она напряженно слушает.

— Но что действительно подтвердило мою догадку, так это ваша реакция, когда я впервые упомянул его имя. В ваших глазах промелькнула боль и грусть, слишком личные для просто коллеги. Я прав, госпожа Эвелина Саммерс?

Эвелина вздохнула и опустила глаза.

— Да, это правда. Он удочерил меня, когда мои родители погибли. Я была совсем маленькой, и он стал для меня единственным родным человеком. Но мы скрывали это, чтобы защитить меня.

— Почему? — Винсент был озадачен.