Из меди и перьев

Нападение, страх, письмо Эберта, Микаэль, снова Эберт… Что было вчера, что ей делать теперь?

– На меня напали, – еле слышно пробормотала она. – Я не видела его. Посмотри на мою спину. Мне кажется, это твой сирин, будь и он, и ты трижды неладен. Он не добил меня. Я слышала крик, запахло паленым, потом я потеряла сознание. Как-то так. Извини, я не сильно разговорчива утром. Налей мне воды.

Магнус протянул ей стакан и холодная влага коснулась ее обветренных губ. Во рту отчего-то был до сих пор привкус крови. Он все гладил ее пальцы, целовал каждый в отдельности.

– Что это? – вдруг спросил он, показав на кольцо.

– А, пустая безделушка, – пробормотала красавица и хотела было отнять руку. – Нашла в той палатке, не успела вернуть. Ты же видел его. Не тебе меня осуждать, Магнус, это не воровство.

– Стал бы я тебя обвинять. В этой смоле перья сирина, как же ты его ухватила?

– Взяла и на палец надела, – Сольвег съязвила. – Вот и весь фокус. Пусти.

Магнус выпустил ее руку из своей, лицо его помрачнело.

– Я не знаю, к чему тебе это кольцо, но будь осторожна. В обычные побрякушки перья сирина не втравляют. Не удивлюсь, что из-за дрянного кольца ты и осталась жива.

– Из-за него? – Сольвег удивилась и перекатилась на бок, чтобы видеть его лучше. – Из-за дрянного стеклянного-то колечка?

– Сирин не оставляет добычи, Сольвег. Что-то помешало ему оставить от тебя только косточки белые. Держи его при себе. И желательно не трепли языком.

Он огляделся и заметил новое платье, свисающее со стула.

– Откуда оно? – спросил он. – Не видел его раньше. Думал, такой безвкусицы у тебя и не водится. Это тоже служанки?

– Прикуси-ка язык, – огрызнулась Сольвег и отвернулась к стене.

– Скажи мне, как ты добралась до дома?

Сольвег молчала.

– Кто вызвал мастера Талмана?

Были бы в комнате часы, они бы тикали слишком громко. Но не было даже их.

– И кто купил тебе платье, Сольвег? – пробормотал Магнус. – Ты была больна и измотана. Когда ты успела?

Сольвег забыла, что делает с аптекарем ревность.

– С кем ты говорила, Сольвег? – продолжал он. – Где была после нападения? Не лги мне, я ложь твою вижу насквозь. Откуда у тебя платье?

– Платье у меня от Ниле, – она небрежно ответила, вдруг отвяжется. – Видела его в городе нынче.

– А с чего бы вдруг Ниле покупать тебе платье, родная?

Сольвег стало неуютно. Она смотрела на Магнуса. На его глаза, которые сейчас казались черными, точно омут.