Из меди и перьев

На ней была огромная птица с крупными, острыми, точно бритва, когтями и прекрасным женским лицом.

«Так вот как ты выглядишь, нелюдь, – подумала Сольвег, разглядывая картинку. – Про такую только страшные сказки детям на ночь рассказывать.» Провела пальцами по золоченным краям. И откуда у этих чужеземцев такая красота?

– Откуда у тебя это, Кая? – она в первый раз назвала ее по имени и на какой-то момент почувствовала, что-то вроде признательности к белокурой девчонке. – И что это?

– Я сама их делаю, – та пожала плечами и приняла карточку из ее рук, пристально глядя на нарисованные крылья и перья.

Сольвег продолжала смотреть на карточку в руках Каи. Рисунок был красивым, очень красивым. Даже в ее прошлых книжках в библиотеке такого не сыщешь. Как же разительно это отличалось от страха и ужаса, которые она испытала при нападении. От ощущения острых когтей на спине, вспарывающих и ткань, и кожу.

– Кто это? – тихо спросила Сольвег и подняла на девицу глаза. Ей хотелось услышать это из ее уст, раз уж Микаэль ей доверял.

Кая положила карточку на стол и припечатала ее ладонью. Казалось, тонкие бледные пальцы дрожат.

– Это сирин, госпожа, – спокойно отозвалась она. – Вещая птица, живет в горах. Столько сказок и песен, сколько знает она, не знает никто на земле. Остры ее когти, точно стальные. Лучше тебе не встречаться с такой.

«Да уж, остеречься бы не помешало», – подумала Сольвег, вспоминая и о зашитых на спине ранах, и о кольце, которое покоилось на груди.

Тут Кая улыбнулась и мелодично расхохоталась.

– Я дразню тебя, Сольвег Альбре, – ее губы были бледными и тонкими, изогнулись в улыбке. – Прости уж мне эту слабость. Вся правда в том, что сиринов не бывает.

– Не бывает? – послушно спросила Сольвег. Не такого ответа она ждала.

– Да, не бывает, госпожа. Это все детские сказки, чтобы взрослым пугать малышей. Сказки важны и прекрасны, да только мало в них правды.

Кая подлила еще чаю, а Сольвег продолжала ошарашенно на нее смотреть. «Да она мне лжет, – думала красавица, глядя пристально на свою спасительницу. – Или лжет, или сама не знает, вот и поди выведай у этой скрытницы, что к чему.»

– Раньше были, – тихонько сорвалось с губ Каи, а глаза ее погрустнели. Она сказала тихо, почти шепотом, но Сольвег расслышала.

– Расскажи.

Кая нагнулась, достала из ящика несколько свечей, чиркнула спичкой и подожгла фитили.