Функция-1

Изогнул брови, как бы спрашивая — серьёзно? Ты собираешься после убийства четырёх человек ещё и дом обнести? И настолько естественно был задан этот непроизнесённый вопрос, что я машинально начал оправдываться.

— Я же в бегах. Деньги пригодятся.

Вот что за рохля?! По щекам бы надавать, идиоту! Ты чего перед ним распелся? Тебе его одобрение, что ли, нужно? Вот он сейчас почувствует слабину, да и попробует к стволу потянуться!

Но Палыч оказался умным мужиком. Может, он раньше и не видел таких, как я, но в стрессовых ситуациях точно умел себя вести.

— Ты кто такой, парень?

Я бы тоже хотел знать ответ на этот вопрос! Пожал плечами и неожиданно честно ответил:

— Я не знаю, Палыч. Кто-то меня таким сделал, но я этого не помню.

Он кивнул, принимая ответ. И, не углубляясь в подробности, перешёл к сути:

— И как сына Наумова завалил не помнишь?

— Нет. А ты видел?

Он ненадолго замялся, решая, продолжать этот странный разговор или нет. Сначала, насколько я мог судить, телохранитель намеревался пожать плечами и ответить отрицательно, но потом его взгляд сместился на беззвучно рыдающую Люсю, прилипшую ко мне, как перепуганный ребенок, и мужик ответил: 

— Только на записи.

— А до этого что было?

Странный выходил разговор. Гараж, залитый холодным электрическим светом, пять тел на полу, четверо из которых мертвы, помятый парень, прижимающий к себе девчонку, и телохранитель, лишившийся работы.

— До этого он тебя бил.

С его слов выходила такая картинка: Козырь сагрился на бомжа. В смысле, на меня, который выглядел как бомж. Учитывая срач, который я застал в своей квартире, сомнений это не вызывало.

— Тебе было плохо. Ты то ли рыгал, то ли сердце прихватило, на записи не очень понятно. Стоял внаклонку, рукой на капот его машины опирался. А он из кабака вышел. Увидел такое и начал тебя пинать. Какое-то время ты не сопротивлялся, лежал просто. А Егор распалялся. Достал пистолет.

Ну, значит, я был прав, вот откуда ствол, из которого я Козыря завалил.

— Он бы вряд ли стал стрелять, — зачем-то пустился в оправдания Палыч. — Помахал бы, пнул тебя ещё пару раз и уехал. Но ты вдруг поднялся, непонятно как забрал у него ствол... Некоторое время крутил его в руках, как будто не понимая, что это. А потом несколько раз выстрелил.

— Я ничего этого не помню.

— Понял уже.

— Но не веришь?

— Да почему же... Я, парень, много чего видел в жизни.