Будни непослушания

Фингал под глазом бедолаги подливал стремительно, опухоль распространялась по нежной коже, как пожар по высохшему лесу.

– Рус, зачем ты так?

– Вписаться хочешь, Матюш? Давай. Сейчас и тебе навешаю!

Я не собирался драться с ним. Ни сразу, ни после. И не потому, что испугался. Хотя, если по чесноку, Руслан, скорее всего, отмутузил бы меня. Драку я всегда считал чем-то... глупым. Или из ряда вон выходящим событием, когда другого выхода уже нет.

Но вот Колька, видимо, считал иначе. Он сразу же примкнул к Русу.

И теперь семенил позади презрительно развернувшейся ко мне спиной парочки. Возможно, и Петька последовал бы примеру товарища по дворовому братству, не ожидай он от меня помощи с вскрытием квартиры.

– Давай познакомимся, что-ли, болезный,– я протянул ладонь для рукопожатия побитому парню.– Матвей.

– Саша,– он пожал руку неуверенно и робко, будто впервые это делал.

– Ну и чудесно, Александр. Надо тебе что-то холодное к скуле приложить.

– У бабки курица как раз в морозилке! Пойдем, Матвей, а?

Понятно.

Малой беспокоится, как бы я не переключился на помощь кому-то другому.

– Пойдем, Петька!

Советский гвоздодер не подвел. Не с первого раза, но мне удалось отжать полотно двери от косяка, высвобождая язычок замка из паза.

– Баб! Баб!– метнулся пострел в комнату старушки. И тут же вернулся назад с глазами на мокром месте.

– Что, Петь?

– Нету ее. Нигде! Кровать не заправленная. А она всегда, когда встает, первым делом постель прибирает...

Малой пустил слезу.

– Ну-ну.

Не надо плакать. Ничего с твоей бабушкой страшного не произошло,– Саша прижал пацаненка к себе.– Жива она и здорова. И даже не заметила ничего.

Я тем временем извлек из морозилки тушку птицы, и, обернув полотенцем, протянул ее утешителю.

Через пять минут Петька отошел от не слишком приятной новости, успокоенный обещаниями Александра. А я, стоило мальцу отойти, приступил к гостю:

– Ты и правда считаешь, что с его бабкой все хорошо?

– Не считаю. Знаю! – откликнулся заморыш, не отрывая импровизированного крио компресса от лица.

– Категоричное заявление. Для человека с бланшем на пол-лица,– не смог удержаться от подколки я. Чем весьма смутил Сашку.

Но он не стал дерзить в ответ, лишь плотнее прижал курицу к глазу.

– Саш, рассказывай, что еще знаешь.

– Я много всего знаю. Литература, физика, астрономия.

– Только не надо ерничать! Начнем с того откуда ты.

Сашка молчал.

– С другого микрорайона? Вообще не из нашего города?

Тишина.

– Ладно.