Ленуха Маклай, или Семь Пятниц на деревне

Минут через десять все трое сидели на ближайшей к Дому жриц скамье (совещаться на крыльце гендиректор «Муяссарр Массна Таярра» категорически отказался) и делились сокровенным. Перед этим Зуррга, полностью обретший прежний лоск и неловко чувствовавший себя рядом с братом в костюме дикаря, предложил вынести ему со склада цивильную одежду.

– Ну вот ты замечательно придумал, – не замедлил с ответом Надиярр. – А ничего, что я прихожу в относительно цивилизованное состояние только рядом с Домом жриц? Чуть отошел – и я снова охотник.

Не до такой степени, как в джунглях, но рефлексы просыпаются. Боюсь, в таком состоянии костюм на мне долго не продержится. Вдруг меня с неудержимой силой потянет на рыбалку?

Так что выглядели мужчины на фоне друг друга весьма колоритно. Тем более с учетом того, что и жабу Надиярр зачем-то с собой захватил.

Да и проблему, которую они обсуждали, обычной нельзя было назвать.

Елена слушала их историю и молча офигевала. Другого, более нейтрального, слова для этого случая она подобрать не могла.

Бенголукцы, изредка поправляя друг друга, откровенно рассказали ей всю свою эпопею, которая привела их к настоящей ситуации. В изложении Зуррги произошедшее выглядело несколько комично, а в подаче Надиярра – убийственно серьезно. Братья словно поменялись ролями, и легкомысленный и легкий в общении Надиярр, долго веселившийся за счет Зуррги с его списком невест, заметно приутих. Положение дел заставляло его нервничать.

В заключение Зуррга заверил жену, что в брак с ней вступил не от безысходности, а просто повезло, и все у них будет замечательно, особенно, когда они получше узнают друг друга.

Надиярр случал эти уверения со сложным выражением на лице. Он, конечно, был рад за брата, но хотелось бы порадоваться и за себя. Увы, никакого выхода из тупика он пока не видел.

Елена же постепенно, маленькими шажками, начала приходить к мысли, что ее внезапный «курортный» брак – не шутка. Не то чтобы она была сильно против – Зуррга ей очень понравился. В обеих своих ипостасях.

Но променять весь свой привычный мир на одного, пусть симпатичного ей мужчину? Да еще и малознакомого, признаем честно? Это для имевшей обыкновение продумывать каждый свой шаг Елены было уж слишком слишком.

Нет, она, конечно, могла бы попробовать остаться жить в стране мужа. Если бы, во-первых, хоть краем глаза заранее видела это их Бенголуку. И, во-вторых, если бы это не был билет в один конец. То есть существуй постоянная прочная возможность ходить в свой мир.