Ленуха Маклай, или Семь Пятниц на деревне

Котека! Вариант западноевропейского гульфика для теплого климата! Какая экзотика!

Принарядившиеся мужчины принялись выплясывать у костра. Зуррга изображал что-то вроде танца с саблями, прихватив с собой, кажется, весь свой арсенал холодного оружия. Надиярр удивлял огромными ритмичными прыжками. Не помешала бы, конечно, музыка, но танцорам хватало задора (и дури) и без того.

Глядя на отплясывающих перед ней печенегов, Елена снова ощутила себя Ленухой Маклай. Она сидела на бревне, любовалась на дикарей и думала, сколь много потеряли современные люди с их упрощенным букетно-конфетным ухаживанием.

В этот момент один из бесхитростных хазар исполнил, к огромному удивлению Лунухи Маклай, совершенно балетное па, и, увлекшись, выдал серию прыжков, при виде которых в памяти Елены почему-то начали всплывать когда-то слышанные термины: антраша, гранд жете и даже па де пуасон.

Во время этого самого гранд жете, что, как внезапно вспомнила зрительница, означает шпагат в воздухе, с раздухарившегося танцора слетела тыква, явив наружу дикарское «достоинство», которое оказалось экзотически смуглого цвета. Травяная юбка высоко задралась в прыжке и стала напоминать по форме балетную пачку, «достоинство» тоже гордо реяло в воздухе. Ничего более Елена рассмотреть не успела, сразу же в смущении отведя взгляд.

Разгоряченный танцем охотник не заметил потери части экипировки. Или вовсе не придал этому значения. Зато невольную обнаженку, как и смущение потенциальной невесты, заметил Зуррга. Мужчина решил, что соперник сделал это нарочно, желая покрасоваться, и, рассердившись, начал злобно метать все свои топоры, ножи и копья в какое-то несчастное дерево, растущее на другой стороне поляны. Делал он это с такой силой, что почти перерубил не такой уж и тонкий ствол.

Елена поняла, что обстановку следует немедленно чем-то разрядить, и присоединилась к танцорам, почему-то изобразив разученную когда-то в школе цыганочку. Зуррга немедленно оставил в покое свои топоры, а Надиярр, наконец заметив конфуз, сдвинул вперед свою травяную юбку, слегка обнажив при этом, правда, левую ягодицу. Скоро у костра кто в лес, кто по дрова выплясывали уже три дикаря.