Падшие

Исчезли все языки Пламени, включая мой. И осталась лишь тьма.

Глава 15. Четыре всадника

Проснулся я в уже знакомом месте. В гостевом доме, где ночевал — сразу это определил стоило заметить знакомые часы над телевизором. Одетый, но лежащий на кровати. Судя по всему, когда я вырубился, Монах и его люди перенесли меня сюда, выяснили, что жизни опасность прямо сейчас не угрожает, и оставили в покое.

Но не одного. В уголке, свернувшись на кресле, как кошка, дремала Настя. Похоже, ее приставили следить за мной.

И докладывать, если состояние изменится. Занятие довольно скучное, так что не удивительно, что она вырубилась.

Да и времени, опять же, прошло немало. Несколько часов, а то и весь день, если судить по характерному вечернему солнцу.

Будить "сиделку" я не стал. Как и сам — спешить вставать. Убедившись, что цел, могу двигать руками, ногами и шеей, я решил обдумать то, что со мной произошло. И то, как с этим жить дальше. И с самим фактом провала в видение с языками Пламени, закончившемся потерей сознания.

А еще тем, что эти самые лепестки огня я до сих пор видел.

Именно видел. Стоило мне только закрыть глаза, как они сразу вставали перед внутренним взором. Четыре штуки. Разного размера, цвета и яркости. Горели они отдельно от моего Пламени — его я уже ни с каким другим спутать не мог. Тянулись к нему, но не соединялись.

Версий, что эта за странь, было не слишком много. Одна, если уж совсем честно. Похоже, я видел осколки личности того самого Шахата, которым меня все считали.

Личности раздробленной, стремящейся восстановиться и снова сделаться цельной, но постоянно терпящей неудачи.

Похоже, восемнадцать лет назад сущность Губителя действительно была уничтожена той самой Целлой (кто бы она не была) и ее Печатью Гнева. Разбита на маленькие кусочки и отправлена в небытие. Но каким-то образом не исчезнувшая в нем. Частично — пробудилась во мне. От этого я получил новые для себя черты характера, и кое-какие знания. Остальные же фрагменты личности Шахата так и не смогли встроиться в новое тело.

И, насколько я понимал, уже не никогда смогут этого сделать.

Зато они смогли среагировать на какой-то триггер в словах Монаха во время нашего с ним разговора, и попытались выйти на контакт с основным Пламенем. Им нужно было что-то сообщить мне, что-то очень важное. Правда, с этим у "крестражей" Шахата тоже все не задалось — я почти ничего не понял.

Зато понял кое-что другое. Призрачные лепестки огня были... как бы это сказать...