Падшие

— Пожаловали! — донеслось сверху. — Ну, Кара! Ну, спасибо! И так быстро! Как им это удалось? Ты что, их машину не проверила? Я был о тебе лучшего мнения!

Мы с девушкой одновременно взглянули друг на друга, после чего я впечатал себе ладонь в лицо. Ну, конечно! Машина! Как, вообще, можно быть таким тупарем, и взять машину тех, кого убил?! Там же мог стоять джипиэс-маячок!

Карина, судя по ее виноватому выражению лица, подумала о том же. То есть о том, что она не подумала об этом раньше. Судя по всему, богатым криминальным опытом она не обладала, хотя и разделала одного из адептов на шашлык.

Ведьмак спустился на пару ступенек, заглядывая в подвальное помещение.

— Там три машины. Шесть человек. Вроде бы одни адепты, но в салоне мог остаться и кто-то посильнее. Что предлагаешь делать?

У меня в голове почему-то сразу всплыла одна из отцовских присказок: “Кац предлагает сдаться!” Но Карина решила по-другому.

— Давай отдадим им пацана.

Че? И эту стерву я называл своим единственным союзником? Да она слила меня, стоит только появиться запаху жаренного!

Мое возмущенное лицо никого не впечатлило.

Ни суккубу, которая ответила мне взглядом, в котором читалось: “Ну, а что ты хотел?” Ни ведьмака, всерьез задумавшегося над предложением девушки.

— Нет. — спустя пару секунд выдал он. — Так не пойдет. Это у вас, — последнее слово он выделил, — Такое в порядке вещей, а я себя буду последней сволочью чувствовать после такого.

— И рискнешь своей семьей? — уточнила девушка.

— Да ничего они мне не сделают, я нейтральная сторона.

— отмахнулся мужчина. — Меня защищает Договор. А тебя — нет. Так что я выйду и поговорю с ними. Нападать они не станут, и возможно испугаются последствий. А нет… Ну хотя бы время выиграю.

Обсуждать эту идею он ни с кем не стал. Закончил говорить, и тут же исчез из виду — поднялся в верхнюю комнату. Следом стукнула входная дверь. Я, не раздумывая, бросился за ним. Но не наружу, а в помещение, где возле дверей видел небольшой дисплей современного домофона.

Как я и предполагал, он еще горел, показывая черно-белую картинку трех джипов и шестерых мужчин, неподвижно стоящих под забором.

Свет уличной лампы позволял разглядеть их лица — по виду, обычные люди.

Позади раздался скрип половой доски, я резко обернулся, и уставился на идущую ко мне Карину. На лице у нее было выражение угрюмой решимости, а в руке — нож. Я мгновенно понял, что оно означает для меня.

— Ты не станешь… — протянул я без уверенности.

— Пойми, Кеша. — дернула она плечом.