Во сне и наяву

- Думаю, здесь все останутся довольными, если дело пойдет.

Роза Абрамовна встречала их в нарядном платье, неизменных лодочках и с Бабеттой на руках.

- Что, детки, можно вас поздравить? «Победа разума над сарсапариллой» свершилась?

- Да, - выдохнула Лиза, – Вениамин Брониславович был великолепен.

- Я всегда говорила, что Веничек далеко пойдет, – подставляя щечку для поцелуя, продолжала добрая тетушка Роза. – Мальчик мой, возьми себе тапочки и крошке нашей найди, она сейчас рухнет на своих ходулях на мой паркет.

Стол был накрыт в гостиной.

Кипельно белая скатерть с вышивкой ришелье и явно ресторанная еда, что ждала своего часа под металлическими колпаками. Как пользоваться салфетками и не перепутать ложки, вилки, выложенные в порядке очередности, Лиза еще помнила, но рассчитывала просто чая попить, а не светский прием.

- Лизочка, за тебя - моя будущая ученица, - провозгласила торжественная дама, приподнимая бокал.

- Тетя Розочка, ты, кажется, закончила преподавать. Решила начать еще раз? А что скажут врачи? – явно оторопел Веня.

В квартире, избавившись от пиджака и расслабившись в привычной обстановке, он стал казаться гораздо мягче и моложе, чем был до этого.

- Я давно уже ничьего мнения не спрашиваю. Тем более каких-то неучей типа тебя или этих эскулапов. Я обещала, что после Оленьки у меня не будет больше дипломных работ, так я свое обещание держу.

Взгляд хозяйки дома помрачнел.

- Венечка, никаких вестей сегодня нет?

- Нет. Мы делаем все, что в наших силах. Как в воду канула.

Просто мистика какая-то.

На слове «мистика» Лизавета очнулась от своих мыслей и подняла глаза на Розу, та смотрела на Лизу в упор.

- Простите, что влезаю, но, может, я чем-нибудь смогу помочь? Конечно, самонадеянно, но я в неоплатном долгу перед вами. Мистика, это сейчас мне гораздо ближе, чем юридическая казуистика.

Вениамин поднял бровь и вопросительно посмотрел сначала на Лизу, потом на тетю.

– Мне нужно знать, о чем вы сейчас будете говорить?

- Нет, мой дорогой. Ты в такое не веришь, но и эта возможность не повредит никому.

Лиза, я сама хотела тебя просить, ведь утопающий хватается за соломинку, даже если она ему снится.

Психиатр многозначительно посмотрела на юриста и показала ему взглядом на балконную дверь. Вениамин поднялся из-за стола и сказал, что пойдет покурить.

- Какой воспитанный мальчик, - всплеснула руками и вздохнула любящая тетушка. - Его мама плачет ночами, что такое сокровище никому так и не нужно. Просто невозможный ребенок.