Во сне и наяву

Она высыпала очередную горсть орехов на березовый пень, затем отправилась к Акимычу, оставила у него ключ, попросила присмотреть его за козой, а затем вызвала такси.

Пока собиралась, пока документы раскладывала, все мысли только о вороне были. Может, он улетел отсюда? Тридцать лет для ворона - предельный срок, а Кеша уже был взрослым, когда она с ним познакомилась. Живет, наверное, с Маланьей, а здесь бывает только налетами. Вот никак и не пересечемся.

– А я дура его еще и спугнула в первый раз… – вспомнила расстроенная Лиза.

Гуднуло такси за калиткой. В районном центре было шумно, многолюдно, и Лизавету опять чуть было не накрыло растерянностью. Если б не Ленкин список с ЦУ – провозилась бы до обеда. Заявления она подала, остальное решила сделать через личный кабинет. Остался банк, и бегом обратно. Рабочий чат уже жужжал от задач, а Лизавете еще врачей помучить до конца рабочего дня надо.

В банке в этот час на удивление было тихо. Лизавета Петровна в драных джинсах и весьма поношенных кедах резко контрастировала с чистыми и выглаженными сотрудниками.

- По-моему, даже козой попахиваю слегка, – думала вкладчица, – сейчас как полицию вызовут, и привет всем планам.

Ключ от ячейки, документы на наследство. Очередное заявление и подписи. Строгий мужчина открыл вторым ключом ячейку и вышел. В небольшой коробочке были все документы на дом, участок, серебряные часы на цепочке и пухлая, сшитая тетрадь в дермантиновой обложке. Среди ее страниц торчали вырезки из журналов с рецептами и советами огородников.

- Я вообще-то готовить не люблю, – заявила новоявленная владелица рецептов ста видов засолки огурцов.

У бабы Милы с пенсии скопилась кругленькая сумма, и Лиза перевела эти деньги на свой счет.

- Вот и деньги на ремонт и обустройство. Септик первым делом закажу, сделаю водопровод. Потом водогрей для душа надо будет купить, еще окна заменить и обогреватели везде расставить.

Лизавета решила немного шикануть. Накупила вкусностей электрический обогреватель, чтоб печку не топить каждый день, и чайник тоже прихватила. На этом ее фантазия иссякла. Из машины возле дома выбиралась в два захода. Дед Василий курил на крыльце, наблюдал за раскорячившейся Лизой.