Буря в Кловерфилде

Жить вечно хотели все, ведь жрицы Калунны и их фавориты могли себе это позволить. И чем, спрашивается, хуже те, кто не оказался в числе избранных? Там, где тело – ресурс, а воскрешение – рядовая услуга, его будут похищать, покупать или отнимать. Калунна была права, нужно выставить жесткие рамки, даже если они были несправедливыми. Иначе начнется хаос. Нельзя воскрешать всех, кто умер. И нельзя использовать для этого чужие тела. А ведь именно по этой причине воскрешения были признаны темной магией в их стране! Жизнь кому-то одному доставалась за счет другого.

Беата погрустнела.

Нет, это все-таки было безнадежно.

Ата погибла и утянула весь культ за собой, а Беата не могла ничего исправить. Эйне и Гиль мучались в загробном мире, бродя без цели и смысла, ожидая ее редких появлений. Что ж, скоро все закончится: Калунна отправит верных кецалей в сон. Да и зачем им жизнь в мире, где их страна разрушена, раса вырезана, а вместо возлюбленной госпожи – женщина, которая их не помнит? Они ведь даже не просили ее о воскрешении, ни единого раза, хотя Беата на их месте молила бы о спасении, обещая отдать что угодно.

Она была бесполезна.

– Госпожа, ты опять грустишь? Так нельзя, твои глаза должны быть полны радости! – бодро сказал Гиль. – Давай я тебе спою? Эйне, подвинься, чтобы госпоже было меня лучше видно! Эх, мне бы флейту или барабан сюда, было бы веселее, но попробуем обойтись без всего. Какую тебе песню спеть, моя госпожа?

– Веселую.

Спустя пару минут Беата уже хохотала и хлопала в ладоши.

Песни Гиля были смешными, но ужасно пошлыми: про довольную жрицу Калунны и шесть уставших кецалей, что можно делать с их ушами и чего никак нельзя, и чем может обернуться ночь любви перед казнью, если как следует постараться. Беата повеселела. Она сидела с Гилем и Эйне до глубокой ночи, благо ей никто не мешал. Позвала она их и следующий день, и на третий. Беата проводила спиритические сеансы каждый день, пытаясь одновременно забыться и насытиться их любовью, прежде чем Калунна заберет ее кецалей в свой рай, и они обретут покой.

Тогда Беата останется одна, а дверь в упоительное прошлое закроется навсегда.

Глава 12

Февраль закончился, и домой вернулся Джеральд: веселый, отдохнувший и будто помолодевший лет на десять. Он бодро рассказывал Беате об устройстве туристской базы, видах зимнего спорта, своих друзьях и звал ее в следующий раз присоединиться к ним:

– Там столько всего, я уверен, ты найдешь себе развлечение по вкусу.