Ведьмам здесь не место

А это уже совсем жуть.

Но деваться мне было некуда.

В комнатке с редкими и быстрыми перебежками до туалета я и провела первые сутки. Я не подходила к окнам, и близко к стенам тоже старалась не подходить. Если тетки-контурницы заметят, мне конец. Я была осторожна. Но, несмотря на это, вторая ночь у Старого Панка была тревожнее, чем первая. Я постоянно подскакивала на пахнущем пивом матраце и снова погружалась в дремоту. На раздраженные нервы накладывалась постоянное чувство опасности.

Посреди ночи меня разбудил чей-то злобный визг.

Я подскочила на матраце.

В квартире тихо, музыка не гремит, только бубнит кто-то на кухне. Данила хоть и асоциальный элемент, но основные законы порядочности блюдет. Интеллигент, хоть и панкует. Но если в квартире никто не буянит, кто тогда так страшно, так душераздирающе визжал?

Серо, мутно. Час перед рассветом – самый темный час, но сейчас белые ночи, лето. С улицы заглядывали в комнату отблески уличных фонарей, но к окну подходить тут дурочек нет.

А вот посмотреть, что происходит с миром по другую сторону… Я моргнула, переходя в другую реальность. Неясность отступила: тут, в хаосе, в изнанке мира, всегда светло, как в солнечный летний день. Переплетения линий сложились в четкие изображения, и я чуть не завизжала сама.

На стене прямо напротив меня, рядом с окном, висел сгусток мрака с человеческим туманным лицом. Лицо было обращено ко мне, кривилось и корчилось, гнулось в разные стороны, пыталось вырваться, а вокруг него полыхали жаркой краснотой границы пятилучевой звезды.

Руки думали быстрее головы. Полено, которое валялось где-то в углу, полетело прямо в лицо на стене.

Полыхнуло красным. По ушам ударил визг. Запахло жженым деревом.

А в следующую секунду сгусток темноты с человеческим лицом рванулся и прошел сквозь стекло. Контуры звезды на стене медленно погасли. Полено, которое с глухим стуком упало на пол, дымилось.

Дождавшись, пока полено не остынет, я взяла его в руки.

Вязь знаков, которая покрывала деревяшку, стала отчетливее и ярче, и на ощупь была теплой, почти горячей.

- Охренеть, - прошептала я, а потом зажгла свет. Пора собираться и валить. Меня нашли.

***

Алим с огромным трудом осознал, где он и что он такое вообще. В состоянии духа самосознание в целом затруднено, а тут еще и проклятая ведьма его приложила как следует. Сейчас он ослаб и едва может двигаться, но тело уже давно без души. Надо возвращаться.