Айрэнн

Когда мы вошли под сень первых деревьев, встретивших нас на входе в Мельничий Бор, Айрэнн преобразилась, будто её подменили сказочные чары. Она стала идти бодрее, веселее, увереннее. Плечи расправились, грудь вбирала свежий вечерний августовский воздух.

— Как здорово! Клот, я так тебе благодарна за то, что вытащила меня сюда! Одна я бы вряд ли решилась прийти. Меня сюда словно звали, — поделилась Айрэнн.

— Твои деревья звали тебя? — поинтересовалась я, улыбнувшись.

— Это сложно описать словами.

Айрэнн проговорила это с воодушевлением. Сумерки ещё не начали опускаться, в парке прогуливалось много народу. Мы медленно прошли по аллее в сторону площадки с аттракционами, вышли к прудам, стали обходить их на этот раз с левой стороны. Скоро дошли до строений Гаулов.

Рухлядь и развалины. По каким причинам эти архитектурные памятники забросили, то есть и не сносят их, и не восстанавливают? Так раздумывала я, оглядывая большое одноэтажное высокое строение из красного кирпича, заросшее бурьяном и кустарником, разрушенное больше чем на половину.

— Здесь последний из рода Гаулов признавался в любви своей невесте, возле Охотницкого домика было тайное место их свиданий.

Я затаила дыхание. Айрэнн, похоже, ничуть не меньше, чем Рокпок, знала ту зловещую легенду!

— Тут очень хорошее место, оно притягивает сюда всех влюблённых. Днём тут вот эта поляна залита солнцем, и скамейка тоже, — Айрэнн показала мне поляну за зарослями, в которых скрывался Охотницкий Павильон, там стояла лавочка с видом на продолжение парка и кусты.

— Тут всегда сидят влюблённые парочки, — улыбнулась Айрэнн.

Айрэнн прошла по полянке к лавочке и села на неё.

— Романтика! Ощущаю себя невестой графа, — хихикнула она.

— А ты знаешь, кем была невеста графа? — спросила я, чтобы проверить её знания. Сама я разглядывала Охотницкий Павильон, который был совсем небольшим, и скорее всего, раннее выполнял складскую функцию.

— Конечно же, графиней! — со всей уверенностью заявила Айрэнн.