Спецотдел-2

Он ведь может иск на город подать на круглую сумму. И наверняка выиграет дело.

— Он не станет, — вмешался Максим.

Холодный пристальный взгляд главы московской комиссии переместился на Кошкина.

— «Не станет» потому, что он ваш личный знакомый? Кумовство разводите в стенах спецотдела?

Максиму стало неловко и неприятно. Он-то знал, что никто ничего такого тут не разводит: ни он сам лично, ни Егор, ни Антон Иваныч. Но как доказать это москвичу? И стоит ли? Понятно, что работа Ежова — искать нарушения, и наверняка он навидался этих самых нарушений за годы работы преизрядно.

Но то, что этому типу часто встречались злодеи, не значит, что их городской отдел сплошь состоит из злостных коррупционеров и некомпетентных разгильдяев! А взгляд Ежова, кажется, выражает именно это.

Проверяющий, между тем, продолжал:

— Гражданин Кузнецов... хм, Бьёрн вот утверждает, что они с напарником вызвали спецотдел из здания. А потом, видимо, четверть часа изучали удручающие интерьеры заброшенного помещения. Просветить меня он не пожелал: крайне нелюбезный гражданский, надо сказать.

До нас доходили слухи о вольностях, которые здесь позволяют «частникам». Но всегда интересно убедиться лично, — Ежов улыбнулся одними губами. — Так что вы скажете по этому поводу, господа?

— Ничего, — пожал плечами Егор.

Наверное, с точки зрения москвича, у Брянцева тоже были проблемы с любезностью. Вид у Егора был мрачный, а взгляд тяжёлый и недобрый.

Макс предостерегающе коснулся плеча старшего.

К счастью, конфликта удалось избежать: дверь напротив видящих открылась, и выглянувший врач попросил Егора зайти и подписать кое-какие документы.

— Получили вызов, приехали, — прокомментировал ситуацию Максим, когда молчание стало совсем неловким. — Действовали по ситуации.

— Значит, вы полагаете, что ваш старший действовал совершенно правильно?

Кошкин не задумываясь кивнул.

— Когда группа поддерживает старшего, это хорошо, — хмыкнул Александр, делая пометку в блокноте. — Куда он, туда и все остальные.

..

— Не пояснишь, что это значит? — раздался голос Вики.

Максим и не заметил, когда она подошла.

— А тебе требуются пояснения? — вопросом на вопрос ответил москвич, приподняв брови.

— Просто скажи, ты считаешь, что группа действовала по ситуации, или нет?

— Вика, остынь, — Александр закрыл блокнот и примирительно поднял его, как флаг.

Блокнот, правда, был чёрный, а не белый.

— Я и не горячусь пока, — холодно заявила Вика.

— Ты горячишься.