Город Богов 3

– Марк, – вдруг едва слышно позвала Лула и взглядом указала за мое правое плечо.

Я понял, что она предлагает не повернуться, а прислушаться. Ну я и прислушался.

– ...а я вам говорю, это был не прорыв, – услышал я высокий немного блеющий голос.

– А что же еще? – ответил знакомый мне верноподданнический голос бывшего работодателя Верзивульфа.

– Кто-то пробил дыру в хаос... и даже впустил сюда химер, – продребезжал высокий.

– Не понимаю, кому и зачем это надо, – в рассчитанном на публику праведном негодовании посетовал Верзивульф.

– Да все вы понимаете... думаете, за пять тысяч лет у нее не осталось сторонников? А я думаю, осталось... и немало.

– К чему вы клоните? – осторожный козлище сделал вид, будто намека не понял.

– Она попытается вернутся, – пророчески проблеял высокий, – Уж поверьте, пять тысяч лет – слишком маленький срок, чтобы все забыть.

На этом разговор двух травоядных зверобогов прекратился. А Лула написала мне в личку: «Марк, они говорили про Мэгру» – «это я и сам понял».

Дотумкал, что Мэгра на Рублевке является гораздо более значимой фигурой, чем это пытаются показать, всячески замалчивая связанные с ней события.

И тут я заметил в числе гостей... не нашего третьего эшелона, а самых виповых центровых, прогуливающихся там, куда нам с Лулой проход воспрещен... заметил Коплепокапля, с бокальчиком черного шампанского.

– Лула, ч-черт, – я зашептал, склонившись ей к уху, – Какого лешего мы ищем лазейки, вместо того, чтобы сразу взять Покапля за жабры?

– Но он же говорил, не лезть к Слонцу, – возразила она.

– Знаешь, что? – начинаю закипать, – Мало ли что он говорил, хренов перестраховщик. Пиши ему в личку.

– О чем?

– О том! Мы ни черта не расследуем без инфы от первых лиц. Давай... пусть пошевелится.

Лула переключила внимание на внутренний интерфейс. По зрачкам вижу, что печатает в личный чат. Вот и хорошо. Пора подключать тяжелые фигуры.

Покапль явно прочел сообщение. Забегал взглядом по толпе. А увидев нас, сделал вид, будто обрадовался. Подошёл к огораживающей ленте и замахал нам, ни дать ни взять, как отец родной.

– Пропустите их, – потребовал он у безопасника.

Нам открыли проход, отстегнув ленту от золоченого столбика.

– Здравствуйте, – сказал я с долей... долькой... долищей иронии, – А самолет летел, а крылья стерлиса, а вы не звали нас, а мы приперлиса...

– Ну зачем вы так, Марк. Пройдемте...