Серый инспектор. Крайсы и шесты.

Уверен, это просто несчастный случай, – губы шены Вараи дрогнули в подобии улыбки. Казалось, он пытался убедить в этом самого себя.

А Шима подумал, что истинное горе порой бывает невидно, что человек, дошедший до края, может улыбаться и смеяться, что не всегда заметно, как кто-то начинает тонуть в собственной тьме. Про многих Одарённых так говорили – никогда бы этого не сделал.

– Когда вы видели шенай Занил в последний раз? – Шима медленно выдохнул. Шена Вараи явно что-то скрывал и, возможно, чего-то боялся.

– Давно. То я был занят, то она. Собирались встретиться через несколько дней, – шена Вараи сглотнул и посмотрел прямо в глаза Шиме. Он явно нервничал, то сцеплял пальцы на колене, то убирал руки на подлокотники. – Теперь только сожалеть остаётся. Я правда ничего не знаю.

– Вы лжёте, – медленно произнёс Шима, растянув губы в улыбке. Шена Вараи снова сглотнул, облизнул губы и вцепился пальцами в подлокотники. Его тело напряглось, а во взгляде отразился страх. – Вы виделись недавно и знаете, что её смерть – не несчастный случай.

– Я… – шена Вараи напрягся, подался вперёд, а потом обмяк. Он не умел и не хотел врать. Совершенно. Такого бездарного лжеца Шиме ещё встречать не приходилось. Он выдавал себя каждым жестом, даже интонацией голоса. – Не понимаю, о чём вы говорите. Я действительно… мы давно не виделись. Я ничего такого не замечал. Далин всегда была скромной и вежливой, всегда улыбалась.

– Вы лжёте, – повторил Шима.

– Поймите, я не могу… я ничего не скрываю, почему вы уверены, что я лгу? – шена Вараи попытался улыбнуться.

– Потому что вы не возмутились и не выгнали меня из дома после первого же обвинения во лжи, – пожал плечами Шима. К такому обращению он привык, а шена Вараи вёл себя слишком робко для Благороднорождённого. – Потому что язык вашего тела выдаёт вас.

– Язык моего тела? Что именно в нём вас так смущает? – попытался возмутиться шена Вараи.

– Меня смущает, вернее, убеждает в вашей лжи то, что вы поняли мою фразу про язык тела, – Шима коротко выдохнул. Образная речь, характерная для жителей Дна, на Небе вызывала только недоумение. Так было до Разрезания. Сейчас же границы уровней стали не такими чёткими, но многие Благороднорождённые по-прежнему брезговали общаться с представителями нижних уровней и сохранили чистоту своей прямолинейной и скучной речи.