Маледиктум. Кроличья нора

Катя и Полина принялись фотографировать их со всех сторон. Александра упорно не хотела поворачиваться в кадр, не смотря на упрашивания девчонок. В конечном итоге учитель схватил её за щёки, растягивая уголки её губ в улыбке. Девочка раздраженно шлёпнула его по рукам. Блэкхол заливался хохотом, теряющемся в энергичной музыке. В конечно итоге им удалось встать во вполне адекватную позу и, сделав ещё несколько фотографий, Катя с Полиной покинули их. На последок Лидия заметила, что на спине тёмного пиджака учителя красовался его же портрет, искажённый, в рваных мазках и пятнах.

«Дориан Грей,» — догадалась Лидия. — «Пижон».

Девочка хотела было вернуться к танцу, но задорные ритмы сменились плавной мелодией. Перезвон колокольчиков струился по залу, окутывая и усмиряя разбушевавшихся учеников. Многие отошли в сторону, в центре остались единичные парочки. Даже свет засеребрился невесомой дымкой с прожекторов.

Лидия хотела уйти, но Яша встал перед ней, заступая дорогу.

— Потанцуй со мной. — прошептал он, склонившись к самому уху.

Горячее дыхание опалило кожу девочки, она уловила запах его хвойного шампуня. Будоражащие мурашки пробежали по телу. Лидия растерянно оглянулась на обнимающиеся пары, вальсирующие под ритм.

— Я не... Не могу, — выдавила она. Одна только мысль о прикосновениях заставляла всё внутри перевернуться.

— Доверься мне, — попросил Яша, заглядывая в глаза.

Он смотрел спокойно, легко улыбаясь, не торопил и не настаивал. Он никогда не делал ничего плохого Лидии. Ему можно было верить.

Лидия не знала, что в ней говорит больше — алкоголь или здравый смысл, но робко, она всё же кивнула.

— Вытяни вперед руки.

Лидия послушно протянула руки ладонями вверх. Яша протянул свои, не касаясь, остановил их в нескольких сантиметрах от рук девочки. Чуть придвинулся вперёд. Они были столь близко, но при этом без намёка на физический контакт.

Лидия затаила дыхания, завороженно глядя в глаза Яши, позволяя уводить себя в медленный танец. Воздух вокруг стал невероятно жарким, густым, девочка облизнула пересохшие губы.

Музыка стала чуть более быстрой, круговорот усиливался и сердце неумолимо трепетало. Лидия чувствовала, как что-то тянет её, как телу хотелось прильнуть к широкой груди друга. Но где-то в глубине души всё её существо противилось любому касанию.