Заклятие

Эдуард, кажется, хотел добавить еще чо-то, но мне было не суждено услышать, что именно, так как тяжелая дубовая дверь громко захлопнулась и оградила меня от той ужасной правды, до которой, возможно докопался мой бывший жених.

Нужно было срочно рассказать обо всем ребятам. Нужно… как-то разрешить эту ситуацию, причем немедленно! Нельзя подвергать наши жизни такой опасности так же, как и жизнь самого Эдуарда. Он обо всем узнал, а это означает, что Верховный Совет Кланов мигом откроет на него охоту, как только им станет обо всем известно.

Только самая «верхушка» общества знала о существовании Темного мира, остальным же людям (или, «Земным», как их окрестила Летопись) знать обо всем происходящем не полагалось. Даниель уже не раз рассказывал о том, как «непосвященным», порой, дорого приходилось «платить» за случайно снизошедшее на них знание.

Голова шла кругом. Меня «била» мелкая дрожь. По коже вдруг поползли мурашки. До окончания пары оставалось еще пятнадцать минут, а уйти я не могла в виду того, что нужный мне преподаватель еще даже не приехал.

По коридорам слоняться не хотелось, так как я сразу же могла схлопотать замечание за прогул, а Даниеля сегодня в университете, как назло, не было.

В животе предательски заурчало, и я подумала, что неплохо было бы «навестить» буфет и что-нибудь перекусить.

Со скоростью звука преодолев пару коридоров, я в мгновение ока оказалась на месте.

Не успела я войти внутрь помещения, как мне в нос ударил запах свежеприготовленного супа и выпечки.

Народу в столовке было не больше, чем на занятиях. Кажется, вирус гриппа действительно проявился у многих. Нужно было срочно просмотреть новости. Может, кто-нибудь уже успел развить свои собственные «теории» относительно всего происходящего…

Моя рука сразу же потянулась к карману джинсов. Туда, где лежал телефон.

Несмотря на то, что со стороны кухни по просторному помещению расползался теплый ароматный пар, все равно здесь оказалось довольно прохладно. Так, словно кто-то внезапно отключил отопление.

Окно в правой стороне зала, расположившееся прямо напротив витрины с обедами, непонятно для чего было открыто настежь.

Выбрав себе булочку с корицей и крепкий черный чай с лимоном, я направилась к кассе.

− Послушай, лучше уйди по-хорошему, иначе… у тебя будут проблемы! − донесся до меня знакомый до боли приторный голос, в интонации которого никогда нельзя было распознать, правду он говорит или только притворяется.