Носитель хаоса

Он обеспокоенно поглядывал на женщину.

– Ты чего мёрзнешь? – спросила Екатерина.

Тихон грустно усмехнулся:

– Снега нападало. Нужно убрать.

И действительно, Тихон стоял с лопатой.

– Так убирай.

– Машину уберите.

Екатерина вздохнула, кивнула и вежливо попрощалась. Она села в машину и уехала, забрав с собой Полину, почти прописавшуюся в поместье. Конец света оказался не поводом пропускать учёбу. Поэтому на следующей же день, девушка была собрана и отправлена Петербург, где проходила её учёба.

Волослав зашёл в поместье.

– Герд? – позвал Волослав. Зов эхом распространился по поместью. Зов принадлежал не только Волославу. Марго тоже искала островитянина.

– В спортивном зале, – подсказали стены вокруг Волослава. Видимо Платон был слишком занят, чтобы появиться лично.

Волослав отправился в спортзал, где обнаружил занимательную для мирного времени картину.

Гердон и Кирилл стояли на кулаках в упоре лёжа и сверлили друг друга глазами. Мышцы обоих были подпитаны положительной магией, то есть, оба жульничали.

– Встать! – приказал Волослав.

Герд было дёрнулся, но увидев, что Кирилл невозмутимо стоит и хитро поглядывает, тоже не стал вставать.

– Я сказал, встать! – повторил Волослав, но спортивный интерес оказался сильней приказа. Теперь и Гердон не дёрнулся.

– На что они поспорили? – повернувшись к стене спросил Волослав.

– На интерес, – ответила стена.

– И всё?

– Нет. На кону престиж.

– Какой ещё престиж?

– Школа Волослава против школы Черномора.

Тогда воин спросил:

– И сколько они так стоят?

– А сколько тебя не было?

Волослав вздохнул. Кирилл и Гердон не сдаваясь стояли в упоре лёжа.

– Ладно, проворчал Волослав и сдул из юных соперников всю магию.

Так как мышцы давно были на пределе, оба рухнули на пол. Обоим было больно, но никто из них не дал слабину. Кирилл лишь сдержанно спросил:

– Платон, кто первый упал?

– Платон, не говори! – рявкнул Волослав и сразу же поймал на себе два недовольных взгляда.

– Братские отношения убрать! – сурово начал воин. – Мы в положении войны. Исполнять всё, что я говорю беспрекословно. За неподчинение – смерть!

Конечно же Волослав не убил бы ребят. Но, по сути, не солгал.