Проклятый Причал

Кевин, наконец, повернул на площадь и едва не припустился бежать: мимо проехала машина газетчиков и, хвала богам, остановилась у Администрации, а не помчалась к тринадцатому пирсу. «И эти прознали», — возмутился парень, ускорился, одновременно пытаясь слиться с толпой рабочих и грузчиков. Проскочить ему удалось, и, буквально обняв двери проходной, Стайнфелд влетел внутрь.

— Доброе утро, сэр, — лениво потянувшись, поприветствовал начальника Коцит из своего логова.

— Добрее не бывает, — буркнул Кевин, полез в сумку, долго и рассеянно искал там пропуск, наконец нашёл, на самом дне.

— Весь город уже знает…

— Такое сложно утаить… но можете быть уверены, не я виновник, всех чертей гоните к «башне».

— Ну да, я тоже об этом думал, ещё когда работал на… — он запнулся. Прошлая работа внезапно показалась чем–то далёким, несоизмеримо далёким, будто другая жизнь. Тогда именно из диспетчерской башни до них доходили новости и слухи, работники всегда находили способ, как распустить язык, даже когда Директор заикался о полной секретности.

— И давно об этом стало известно?

— До меня донесли где–то час назад, — пожал плечами Коцит — кажется, само событие и персона не сильно его волновали — ещё один «особенный» пассажир, единственный «интересный» груз. — Да, вас уже Джонси заждался.

— Джонси? — Кевин потупился, поначалу пытаясь припомнить всех знакомых и коллег с таким именем. Не смог.

— Перкинс, — уточнил охранник. — Мы его все зовём просто Джонси, вы не знали?

Стайнфелд покачал головой.

Для него имя Джон было вполне приемлемым и коротким, чтобы не придумывать других вариантов, даже в мыслях. Теперь же он стоял перед непростым выбором: поддержать данную традицию или же остаться при своём. Запихнув пропуск в замок, Кевин тревожно подождал, пока неповоротливый механизм сработает и откроет дверь. По ту сторону его действительно ждал Перкинс, переминаясь с ноги на ногу и комкая в руках свою кепку.

— Доброе утро сэр!

— Джон, — кивнул начальник, стараясь сохранить на лице хотя бы подобие спокойствия.

— Это правда, сэр? К нам летит Оракул?

— Мне так сказали, — невозмутимо ответил Стайнфелд. Он не испытывал сильного волнения от незапланированного визита, да, нервничал, но не как перед появлением очень важной персоны или особо опасного гостя, скорее как перед просто важным и интересным событием с непредвиденными последствиями.