Проклятый Причал

Помолиться? Принести жертву? Начертить письмена?

— Оно не станет разговаривать, — раздалось за спиной. Кевин опустил глаза, соглашаясь с пареньком. — Вы попытались.

— Слабое утешение, — кивнул инспектор, развернулся и осторожно вернулся к одинокой лавочке, ступая аккуратно по хлипким скрипучим доскам. — Пришёл в себя? — он не стал тревожить девочку, которая свернулась калачиком на скамейке рядом с похитителем, тот, впрочем, довольствовался жёстким полом.

— Да, спасибо, вроде отошёл от… общения с этим существом, — парень старательно избегал встречи взглядом со Смертью, как и все невольные попутчики.

— Вот и славно, — Стайнфелд опустился напротив, устало вытянув ноги и прислонившись спиной к борту. Краем глаза он видел узкую полоску алого света над горами на западе, где засыпал в неведении его родной город. Над головой тоскливо сверкали бесчисленные звезды, и на мили вокруг распростёрлась долина, дикая и первозданная. Было тепло, слабый ветер едва теребил волосы, и, если бы не напряжённая обстановка да безвыходная ситуация, вечер определённо мог стать вполне приятным.

— Ренди, — представился парень, дёрнулся в попытку протянуть руку, но в последний момент передумал. — Фамилия вам ни о чём не скажет, — он смутился и пододвинулся поближе к девочке, та, несмотря на всё, кажется, задремала. — А её имени я не знаю.

— Что ж, Ренди, расскажи, кто ты такой и как ты тут оказался, — Кевин устало склонил голову на бок, приготовившись слушать, его одолевала сонливость.

— Да нечего рассказывать, — похититель пожал плечами, опустил взгляд в пол и почти на минуту замолчал. — Я из трущоб, думаю, этим всё и сказано. Ну, а остальное… даже не знаю, как сказать… это существо просто напало на меня, вылезло из вентиляционной шахты и, в это сложно поверить, но как будто завладело моим телом.

— Шёпот? Она с тобой говорила? — оживился Кевин, чувствуя пусть слабую, но возможность.

— В некотором роде… да, наверное. Голос звучал странно, будто доносился откуда-то издалека. Постоянно звучали успокаивающие фразы, кажется, иногда оно что-то объясняло… сейчас уже ничего не помню, но точно не испытывал никакой тревоги, чувствовал, что мне не угрожает опасность.