Артефактор. Книга 1. Оживший камень

— Думаю, стоит передать эту информацию в жандармерию. Как-нибудь анонимно, мне бы не хотелось чтобы о моей причастности...

— Ну я точно не скажу, — нетерпеливо перебил Казаринов. — Мы с вами договором связаны, а там пункт о неразглашении даже в случае вашей гибели, господин граф.

— Александр, будьте уж любезны, раз мы с вами в такое вляпались.

— Так вот, ваше сиятельство, — он, кажется, и это прослушал, хотя кивнул. — Его в жандармерии кто-то прикрывает, нельзя туда обращаться. О смерти одного из братьев Пархомовых вообще ни в одной хроники нет.

— Ну это ещё ничего...

— И из документации комерц-коллегии он испарился! И в торговой палате зачищено, — азартно продолжал юрист. — Пуф! И нет человека, словно и не было никогда. Понимаете?

Я понимал, что он стремительно несется к своей смерти с таким-то энтузиазмом.

— Ну то есть само-то общество осталось, как есть. Братьев Пархомовых. Но при этом про второго брата все упоминания пропали, — продолжал он, не замечая как я хмурюсь.

— Михаил! — я чуть повысил голос, чтобы привлечь наконец его внимание. — Вы понимаете, что это опасно? Оставьте это, дальше я сам займусь расследованием.

Казаринов выслушал меня на этот раз внимательно и снова переменился, напомнив мне мои подозрения, что он метаморф. Восторженность исчезла, на меня взглянул хладнокровный и уверенный в себе человек. И усмешка на его лице появилась под стать — хитрая.

— Александр, вы правы, это опасно, — голос его тоже изменился, в нем появилась сталь: — И я прекрасно отдаю себе в этом отчет.

Впечатлил. Что же, хочет парень себя угробить, право его. Хотя я видел, что он далеко не так прост, как кажется.

— Тогда, пожалуй, продолжим наше сотрудничество, — я сдержанно улыбнулся.

— Тогда, пожалуй, я скажу вам, где возможно будет интересующий нас князь в ближайшее время, — Михаил отзеркалил мою улыбку, чуть помедлил и доверительно сообщил: — На выступлении мастера-иллюзиониста Ракиты. Очень рекомендую вам его посетить, говорят редкое зрелище.

— И вы тоже там будете? — поддерживая его светский тон, поинтересовался я.