Артефактор. Книга 1. Оживший камень

Браво!

— Моё уважение! — подпоручик кивнул, пошатнулся и радостно расхохотался: — Вот это будет новость!

— Господа, попрошу вас не распространять это известие. Мне бы не хотелось публичности...

— Ха, граф, неужели вы думаете, что княжич об этом будет молчать? Да он наверняка уже раструбил всей столице, что намерен проучить вас.

Ну да, надеяться на то, что о дуэли узнают немногие, было опрометчиво. Я вздохнул. Впрочем, это ничего не меняло. Пусть мне не хотелось, чтобы об этом заранее узнал дед.

Хотя, зная его нелюбовь к технологиям, дед узнает разве что постфактум, из газет.

— Почту за честь стать вашим секундантом, если это место ещё вакантно, — с горящими глазами предложил Сергей Брянцев.

— И я, граф! — присоединился второй гвардеец.

— Благодарю, господа, но у меня уже есть секундант, — я улыбнулся им.

С них станется напиться и вообще забыть о дуэли. Или самолично в ней поучаствовать. Мне нужен был кто-то более ответственный.

Пришлось отказываться и от обмывания предстоящего события.

Гвардейцы вернулись в ресторан, а я вызвал Головина. Старый друг был единственным претендентом на роль моего секунданта.

— Какие-то проблемы? — сразу же спросил Николай.

— Не у меня, — усмехнулся я. — Нужно встретиться, когда тебе будет удобно?

— Я подъеду сейчас же, скажи куда.

Я огляделся, Александровский парк находился по ту сторону реки.

Досадная помеха, не более того. Но подготовиться стоило. Никогда нельзя недооценивать степень угрозы. Капитан лейб-гвардии наверняка знает про княжича больше моего и больше официальных данных.

День как-то очень стремительно близился к концу, ветер гонял по небу огромные кучевые облака. Солнце то выглядывало и слепило, то скрывалось и всё погружалось в сумрак.

Погода в столице менялась так же резко, как и события.

Головина я увидел издалека. Высокая фигура в строгом мундире была приметной. Капитан беспокойно расхаживал перед киоском с пирожками, чем крайне нервировал продавца.

Румяный и упитанный, под стать своему товару, торговец смотрел на гвардейца как кролик на удава. Николай эти мучения не замечал, полностью погруженный в свои мысли.

Я поздоровался и увлек друга вглубь парка.